Своенравная красавица и богатая наследница Николь Брэгг Шелтон не признает удушающих законов высшего света, и неукротимое желание бросает ее в объятия герцога Клейборо. Герцог потрясен дерзким поведением Николь, очарован ее пылким, свободным духом и невероятной чувственностью, но, вступив с ней в любовную связь, вовсе не намерен жениться. Однако Николь — не игрушка в руках мужчины. Она готова пойти на рискованный шаг, чтобы навечно завоевать сердце возлюбленного.
Авторы: Джойс Бренда
очевидно, что вам все не нравится.
— Потому что находиться здесь гораздо лучше, чем уходить с вами.
Он невесело рассмеялся:
— Ну вот мы и добрались до истины. Вы боитесь остаться со мной наедине и выдать себя?
— Вовсе я не боюсь, — сказала она сквозь зубы. — Я стараюсь отсрочить то, что будет мне чрезвычайно неприятно — наше будущее.
— Если вы и дальше будете раздражать меня подобным образом, то оно покажется вам еще более неприятным.
Николь очень удивилась:
— Вы что, угрожаете мне?
— Понимайте как угодно.
Он опять схватил ее за руку и потащил вон из зала, пробираясь между многочисленными гостями. Она попыталась вырваться, но он остановился и, едва сдерживаясь, сказал:
— Может быть, хватит сцен на сегодня! Или вам очень хочется еще?
— Это вы разыгрываете спектакль, — прошипела она, но вырываться перестала.
Хэдриан ничего не ответил. Они попрощались с родителями и направились к выходу. На пути их останавливали друзья и знакомые, чтобы поздравить и пожелать им счастья. Кое-кто из них не мог скрыть недоумения по поводу мрачного вида жениха и враждебности невесты. Герцог буквально швырнул ее в карету, как только они выбрались из дома.
Николь забралась в дальний угол кареты. Хэдриан сел на сиденье напротив, по возможности не обращая на нее внимания, хотя ему очень хотелось задушить ее. Он дал знак кучеру трогать.
Оба молчали. Хэдриан негодовал. Он так старался остановить сплетни о них, тратил свое драгоценное время на посещение бестолковых балов и вечеров, очаровывал глупых и скучных дам и льстил их мужьям. Не удивительно, если теперь все будут считать его отъявленным дураком: жениться на той, которая тебя открыто презирает! За несколько часов Николь умудрилась испортить все, чего он добился — исключительно ради нее — за две недели.
— Надеюсь, вы довольны собой?
— Чем это мне быть довольной в такой день?
Как ни сердился герцог, он не мог не заметить, как хороша его жена, как прекрасны ее черные распущенные волосы. Чтобы расслабиться, он вытянул свои длинные ноги.
— Я советую вам изменить свое отношение ко мне. Теперь вы моя жена и останетесь ею, пока я не умру. Может быть, вы испытываете удовольствие от скандалов, которые сами и устраиваете?
Она вспыхнула:
— Вы же знаете, что нет.
— Напротив, мне кажется, что вы были в восторге от сцен, которые сегодня разыгрывали одну за другой.
Он действительно не сомневался в том, что она испытывала наслаждение от того, что унижала его. От этой мысли вновь накатила волна ярости, но он старательно сдержался.
— Вы принудили меня пойти с вами под венец. И вы рассчитывали, что я буду покорна вам, склоню голову и подчинюсь? Если это так, то вы жестоко ошиблись.
— Только в одном вы мне подчиняетесь, мадам. — Его взгляд просверлил ее. — И, пожалуй, этим-то я и буду держать вас ради нашего общего блага.
Николь вспыхнула от намека на ее несчастный страстный темперамент и изумилась.
— Надеюсь, вы шутите? — пробормотала она невесело.
— Идея очень привлекательная.
Они пристально смотрели друг на друга. Николь показалось, что карета слишком мала, Хэдриан находился так близко, что ей стало неспокойно. Такое же беспокойство она ощутила, стоя рядом с ним у алтаря. Его близость всегда волновала ее. Она ничего не могла с собой поделать, все ее мысли крутились вокруг брачной ночи — ее брачной ночи.
Трудно поверить, но она — его жена. Когда-то она жаждала этого всей душой, но с тех пор прошла, казалось, долгая жизнь.
А сейчас он надеется, что она смирится со своим положением и его ухаживаниями. Он не смог заставить ее добровольно выйти за него и теперь не должен рассчитывать, что она будет покорной, как ребенок. Он должен понять, что силой ее не подчинит. И если он думает, что сегодня она примет его с распростертыми объятиями, то он просто сумасшедший.
А как же быть с остальными ночами после этой? Даже если сегодня ей удастся прогнать его, а дальше что, как долго она сможет отказывать ему?
Она убедилась, что ее упорство бесполезно и что дело ее проиграно. Мысли о разводе она даже не рассматривала.
Ее сердце забилось учащенно, его намерения были очень прозрачны.
Николь было чрезвычайно жаль того, что она не может забыть его объятия, его поцелуи и ласки и те ощущения, которые они вызвали в ней… Как жаль, что у нее такая отличная память.
Николь отвернулась от него и стала смотреть в окно. Зимний прохладный вечер наступал стремительно, и несмотря на то что ее накидка из серебристой лисы была распахнута, ей не было холодно. Но вдруг какой-то необъяснимый страх вселился в нее, страх, что ее поймали в ловушку и посадили в клетку. Она запахнула накидку, пытаясь успокоиться.
