Скандальные свадьбы

серьезно?
— Ты делаешь мне предложение?
— Ага, делаю.
— Но… но мы едва знаем друг друга.
— А по‑моему, мы только что очень хорошо познакомились.
Сердце Мередит забилось быстрее. Можно ли ему верить? Провести с ним время в постели уже не очень‑то хорошо, но так поспешно выйти за него замуж? Что, если это обернется катастрофой?
Она уперлась ладонью ему в грудь и немного отодвинулась.
— Ты говорил, что нам надо поговорить о чем‑то серьезном. Ты это имел в виду?
Йен тоже отодвинулся, и она задрожала от холода. Тогда он накинул сверху покрывало и снова прижал ее к себе.
— Нет, я думал о другом.

На самом деле Йен Синклер сам был до крайности удивлен своим предложением. Разумеется, он собирался когда‑нибудь жениться — когда‑нибудь в будущем, но только не сейчас, так как у него на это просто не было времени.
И вот явилась Мередит Макрей‑Уэнтворт, и женитьба сразу же показалась ему самым логичным шагом в его жизни… если только им удастся решить один важный вопрос.
Йен прижал ее к себе и — будь что будет — ринулся вперед.
— Ты когда‑нибудь слышала о такой компании «Новые горизонты»?
— Нет, но видела ее рекламу по телевидению. А что?
— Они хотят купить мой замок.
— Зачем? — Глаза Мередит округлились от удивления.
— По той же причине, по которой они хотят завладеть землей деревни, — чтобы выгнать нас и устроить здесь курорт.
Мередит рывком села и прижала покрывало к груди.
— Ах, так этот скользкий проныра хочет столкнуть нас лбами!
— Ты говоришь об Энгусе Стюарте, не правда ли?
Она повернулась к нему, и он увидел, как горят ее глаза.
— Что он тебе предложил? Или лучше сказать, чем он тебя запугал?
В это мгновение Йен окончательно понял, что Мередит не имеет никакого отношения к шантажу Энгуса Стюарта, и его сердце возликовало. Он наблюдал за ее реакцией: удивление на ее лице то и дело сменялось отвращением и ненавистью.
— Такого ничтожного, гнусного негодяя я еще в жизни не встречала, — наконец заявила она.
— А я‑то считал, что ты леди и не умеешь ругаться, — поддразнил ее Йен, в душе полностью соглашаясь с определениями, которые дала Мередит Стюарту. Но откуда ей вообще было известно о Стюарте? Наверное, до нее дошли разговоры жителей деревни. — Теперь твоя очередь, — потребовал он. — Что ты знаешь обо всей этой истории?
— Ну, Стюарт приехал в деревню и стал уверять моих родственников, что их собственная земля им не принадлежит и что ты, всесильный граф Синклер, собираешься силой отнять ее у них. Он сказал также, что ты собираешься превратить деревню в курорт для иностранных туристов, и ни словом не обмолвился о пароходной компании «Новые горизонты».
Теперь настала очередь Йена возмутиться:
— Какая мерзость! Мне бы и в голову не пришло ничего подобного!
Мередит скользнула под покрывало и прижалась к нему. После долгого молчания она прошептала:
— Я должна извиниться перед тобой, потому что, как и все Макрей, сомневалась а тебе, не зная, говорил Энгус правду, или это была ложь. Я пыталась выяснить это вчера вечером, когда намеренно завела разговор о туризме.
— Мне тоже надо тебе кое в чем признаться, — ответил Йен, прижимая ее к себе и целуя в голову. — Стюарт явился ко мне в офис через день или два после твоего приезда в Корридан. Когда он начал мне угрожать, у меня возникла мысль, что такое совпадение слишком подозрительно — два чужака появились в деревне почти одновременно. Я даже подумал, что вы как‑то связаны, что он, возможно, тебя нанял.
— Что? Как ты…
— Погоди. У нас нет времени на ссоры. Вчера я убедился в том, что ты не имеешь никакого отношения к плану превращения деревни в курорт, и к тому же, — добавил он с улыбкой, — ты украла мое сердце.
Она еще крепче прижалась к нему, но от этого ему стало только труднее сделать признание.
— Сегодня, когда я узнал, что пароходная компания принадлежит американцам, мои подозрения вспыхнули с новой силой. Одно дело считать, что какая‑то иностранка собирается обмануть меня, и совсем другое — что после вчерашнего вечера ты перестала быть просто иностранкой. Понимаешь, я влюбился в тебя, и мне невыносимо подозревать, что на самом деле ты просто очень красивый враг. — Он помолчал, а затем добавил: — Вот о чем я хотел с тобой поговорить.
— Так кто же я? — Мередит лукаво посмотрела на него. — Друг или враг?
— Разве я сделал бы предложение врагу?
— Я — Макрей, — напомнила она, — и когда ты делал мне предложение, ты еще ничего не знал о плане Стюарта.
— Я знал тебя, а большего мне и не нужно.