Скандальные свадьбы

сэр, ее светлость никогда не закатывает истерик. Она не струсила, когда на нас в Альпах напали разбойники, и ткнула одного в живот своим зонтиком, другие, испугавшись, разбежались кто куда. — Эббот замолчал, видимо, испытывая приступ боли.
— Выпейте еще виски, — приказал ему Макбрут. — Пейте все до единой капли.
Пока Эббот пил, Макбрут обратил пристальный взгляд на Хелен.
— Так, значит, вы до смерти напугали бандитов? А я‑то думал, что англичанки годятся только для одного дела.
Он смотрел на ее грудь, не оставляя сомнения в том, для чего именно годились упомянутые им женщины. Ей бы надо рассердиться, но по ее телу разлилось странное тепло, и она вдруг почувствовала в нем мужчину, сильного и смелого.
Макбрут отвел взгляд и снова занялся ногой Эббота.
— Несложный перелом, я полагаю. По крайней мере у вас не будет лихорадки.
Хелен почувствовала, что это у нее лихорадка. В свете пламени ей были видны его чисто выбритое лицо, темно‑синие глаза, волевой подбородок. Подтаявший снег блестел в темных как ночь волосах, спускавшихся до плеч. Его движения были удивительно нежными для такого крупного мужчины. Какое странное сочетание варвара и целителя!
— Где вы научились так ловко накладывать шину? — не удержавшись спросила она.
— Где придется. — Он устремил на нее пристальный взгляд. — Мы живем так далеко от города, что не можем послать за доктором на соседнюю улицу. — Такой ответ делал его еще более загадочным: по‑видимому, он умел все то, о чем понятия не имели джентльмены в Лондоне. Его грубоватые манеры лишь заставляли ее больше задумываться о том, какими еще уникальными способностями он обладает. Этот человек не походил ни на одного из тех мужчин, с которыми она встречалась во время своих путешествий.
Помогая Макбруту бинтовать ногу пострадавшего, Хелен внимательно наблюдала за ним. Она видела, как в такт движениям рук дергается его упрямо сжатый рот, как на лоб ему упала прядь волос, которую он не мог убрать, как умело двигаются его руки, и совершенно неожиданно подумала, как… ее грудь идеально поместится в его широкой ладони:
— Все. Этого хватит, — сказал Макбрут.
Кончиком языка Хелен облизала пересохшие губы.
— Простите?
Прищурившись, он глянул на нее и нахмурился.
— Я закончил. Можете отпустить ногу, только осторожно.
— О! — Тут только девушка заметила, что нога уже аккуратно забинтована, и участливо спросила Эббота: — Как вы себя чувствуете?
Кучер вздохнул, казалось, он был очень рад, что его мучения окончились.
— Готов немного перекусить, миледи.
Словно актриса, ждущая своего выхода, в ту же секунду появилась мисс Гилберт с корзиной, и Хелен помогла ей устроить пикник возле камина; при этом она оказалась рядом с Макбрутом. Какое‑то болезненное напряжение лишало ее аппетита. Пока остальные поглощали холодную ветчину, хлеб и сыр, девушка лишь отщипывала кусочки еды и скармливала их Милорду. Она искоса поглядывала на Макбрута, на его мускулистые голые ноги, выглядывавшие из‑под килта, и на то, как рубашка из грубого полотна и плед в черно‑белую клетку облегают его грудь. Он так разительно отличался от джентльменов, с которыми отец часто пытался ее знакомить. Интересно, Макбрут тоже сейчас о ней думает? Вряд ли. Он совершенно ясно дал понять, что презирает ее.
Когда она потянулась за бутылкой вина, их руки встретились… Макбрут посмотрел на нее, и на какой‑то момент она уловила в его взгляде нечто глубокое и загадочное, совсем не похожее на ненависть или презрение. Волнение словно пламя охватило Хелен — она достаточно много повидала на своем веку мужчин, чтобы понять этот взгляд.
В нем было откровенное желание.
Несмотря на то что он резко отвернулся, она упивалась своей истинно женской победой. Макбрут ее хочет. Он хочет уложить ее к себе в постель. Он хочет сделать с ней что‑то такое…
То, что она так отчаянно хотела испытать.
Это была такая сумасшедшая мысль, что она тут же попыталась ее прогнать, но мысль засела слишком крепко, и избавиться от нее было просто невозможно.
Макбрут — вот тот мужчина, который откроет для нее секреты физической близости.

Глубокая ночная тишина окутала замок.
Хелен выскользнула из своей постели в маленькой спальне на верхнем этаже. Было слышно лишь завывание ветра в трубе и негромкое похрапывание мисс Гилберт из‑под горы одеял. Лежавший в ногах кровати Милорд поднял голову и завилял хвостом, но Хелен приложила палец к губам и прошептала:
— Оставайся на месте.
Собака повиновалась, но продолжала следить