Что это за женщина выходит замуж за мужчину, с которым только что познакомилась? Женщина, которой нечего терять. Уже давно Эвелина Кросс пожертвовала своим добрым именем, свободой и любой надеждой на любовь.
Авторы: Джордан Софи
для возмещения ущерба?
Она ничего не ответила, только смотрела на него широко раскрытыми, с оскорбленным выражением глазами. Он обнаружил, что просто ненавидит это выражение ее глаз. Он предпочитал видеть ее безрассудной и испуганной.
Ее язык начал двигаться вокруг его пальца, ее влажные губы тянули и посасывали.
— Ты будешь умолять? — спросил он охрипшим голосом.
Она отпустила его палец. Ее голубые глаза сверкали, и зубы сжались, превращая ее в гордую, упрямую девушку, в которой он отчетливо видел Эви.
— Это то, что я должна делать?
Он наклонил голову, все еще оценивая ее. Спенсер приник к ее телу, наслаждаясь каждой его линией и изгибом, о котором он мечтал последние несколько дней. Это было выше его сил.
— Умолять необязательно. Я предпочитаю действия словам.
Она изогнула бровь.
Отступив от нее, он скрестил руки и скомандовал равнодушным голосом.
— Сними одежду.
Она побледнела в тени деревьев. Дико озираясь, посмотрела вокруг.
— Здесь? Сейчас холодно. Сюда могут придти…
— Я полагал, ты хочешь все исправить, — в его голосе прозвучал вызов. Его совесть зашевелилась, это слишком жестко, даже жестоко. Но он не мог остановиться. Он был предан. А надеялся, что уж Эви заслуживает доверия. Такая любимая. Такая честная.
Он до боли в зубах сжал челюсти. Возможно, понятие чести вообще не присуще женщинам. Господь знает, как мало он видел доказательств обратного среди представительниц прекрасного пола.
— Так докажи.
Одно бесконечное мгновение она не двигалась. Холодный ветер, качающий ветки деревьев, трепал выбившуюся прядь на ее щеке. В полумраке прядь казалась почти черной на бледной коже.
А потом она потянулась к груди. Распустила завязки плаща. В тишине он упал на замерзшую землю. Тяжело дыша, он смотрел, как она скользит пальцами по каждой из маленьких пуговиц. И вот она повела плечами, и платье, освободившись, упало на выдохе к ее ногам. В сумерках ее плечи казались вылитыми из мрамора, и он сглотнул.
Она распускала шнурок нижней юбки, пока и та не упала, освобожденная. За ней последовала остальная одежда: корсет, панталоны, подвязки, чулки. И вот она стоит, обнаженная, перед ним. Ее дерзкий и гордый взгляд встретился с его.
— Я надеюсь, ты меня согреешь? — и с вызовом приподняла бровь.
В сгущающихся сумерках он заметил, как она покраснела. Руки, прижатые к бокам, дрожали, и саму ее трясло от холода.
Проклиная все, он шагнул вперед. Даже в полном бешенстве он не хотел, чтобы она дрожала от холода. Он прекратит ее страдания, если сможет. Его гнев повернулся против него самого.
Он подтолкнул ее. Сняв жакет, завернул ее в него. А потом защитил от порывов ветра собственным телом, снова прижав к дереву.
Эви промолчала, не сопротивляясь, когда он сжал ее плечи и посмотрел на нее.
Она не отрываясь смотрела ему прямо в лицо, когда Спенсер опустил руки, скользнул под жакет и сжал ее талию. Провел ладонями по ребрам и охватил грудь.
Девушка резко выдохнула. Он с силой сжал холмики, лаская большими пальцами напряженные соски. Холод ушел, по телу разлился чистый огонь.
Ее дыхание участилось, и движения его ускорились, пока он не потянул резко за набухшие вершинки. Мужчина удовлетворенно зарычал, наблюдая за изменением выражения ее лица. Веки полуопущены. И она смотрела на него сквозь эти полузакрытые глаза, очевидно и великолепно возбужденная.
Он освободил ее грудь, чувствуя ее бедра перед собой, наслаждаясь ощущением ее наготы. Беззащитной и открытой. Готовой для него.
Он выплескивал ласки на нее жестко и яростно. Так, что она выгнула шею и оперлась головой о ствол дерева. И стонала. Вся его ярость растворилась в чистейшем желании иметь ее, укрощать и обладать ей… наказывать собственным телом. Заставить хотеть себя.
Коленями он развел ее бедра.
Быстро провел ладонью между ними и обнаружил, что она готова, уже влажная для него.
Ее крик резанул его слух, несдержанные стоны сливались и растворялись в кронах деревьев. Она сжала пальцами его руки, погружаясь пальцами в его мускулы через жакет, притягивая ближе.
Зарычав, Спенсер схватил ее руки, снова отводя их к стволу дерева.
— Не трогай.
Девушка заморгав, кивнула.
Он потянулся к своим брюкам, не отрывая от нее взгляда, ненавидя себя за эту потребность в ней, за желание, которое ядом распространялось в нем.
Закинув одну ее ногу себе на бедро, он вошел в нее одним жестким движением.
И услышал, как девушка захлебнулась криком.
Сжав ее ягодицы обеими руками,
