Скарлетт

скоро праздник. И нужно собрать несколько веток сосны, чтобы украсить дом…
— Отличная мысль. Здесь полно сосен. Очень хорошо, — сказал Ретт, осматривая только что сооруженную платформу, украшенную белыми, красными и голубыми лентами. — Выглядит очень симпатично, как раз для праздника.
— Что за праздник? — поинтересовалась Скарлетт.
— Я пригласил издольщиков с семьями. Очень нужное дело. К утру они так напьются, что у них не возникнет желания завтра выяснять отношения с черными. Ты, Розмари и Панси отправитесь наверх перед их приходом. Здесь все будет очень круто.
Скарлетт сидела в спальне и молча смотрела на огонь свечи. На улице готовились к новогоднему фейерверку. Как она жалела, что не осталась в городе. Завтра она весь день просидит, как взаперти. А к тому времени, когда они рассчитывают вернуться, будет слишком поздно делать себе прическу для бала.
И Ретт никогда не поцелует ее.
За все прошедшие дни Скарлетт получила столько удовольствия, сколько не получала за всю свою жизнь. Она была прекрасна. Она была в центре внимания. На приемах мужчины вились вокруг нее. А она флиртовала с ними, как в былые времена, становясь все прекрасней. Ей как будто опять было шестнадцать.
Но скоро ей все наскучило. Ей был нужен только Ретт, но к нему ей так и не удалось приблизиться. Он был обходителен в присутствии других. Но Скарлетт была уверена, что он постоянно смотрит на календарь, считая дни, когда сможет уехать от нее. Неужели он навсегда потерян для нее?
Особое раздражение вызывала дружба Ретта с Томми Купером. Юноша постоянно крутился вокруг Ретта. И тот был к нему благосклонен. Томми на рождество подарили яхту, и Ретт учил его с ней обращаться. В доме на втором этаже был маленький телескоп. И Скарлетт, кусая губы от злости, следила за тем, как они кружили по водной глади, как птицы… «Почему бы и меня не взять покататься? Я так люблю кататься! Раньше так много каталась и в такой лохани, как у Томми. Им там хорошо, они так счастливы!»
К счастью, у нее не всегда было время просиживать у этого шпионского глазка. По-прежнему приемы и вечеринки оставались главным занятием Сезона. Да и другие дела были.
Было бы, конечно, лучше, если бы ревновал Ретт, а не она. Но было как раз наоборот. Его, казалось, не трогала та привлекательность, которую вновь приобрела Скарлетт. Безрезультатно!
Она должна его заставить заметить ее! Она решила выбрать одного из дюжины поклонников: богатого, красивого, моложе, чем Ретт. Такого, который мог бы вызвать ревность. Она покрасилась, обильно надушилась и отправилась на охоту, сделав при этом самое невинное выражение лица.
Мидлтон Кортни строен и красив, с выразительными глазами, ослепительно белыми зубами и не менее ослепительной улыбкой. Скарлетт он показался самым изысканным мужчиной в городе. Самое главное, у него была тоже фосфатная шахта и в двадцать раз больше, чем у Ретта.
Он взял ее руку в приветственном реверансе, посмотрел украдкой и улыбнулся:
— Дорогая, я почел бы за честь пригласить вас на следующий танец.
— Если бы вы этого не сделали, вы бы разбили мое сердце.
Когда полька кончилась, Скарлетт небрежно раскрыла веер и замахала так, что волосы стали развеваться в разные стороны…
— Боже, я чувствую, что мне не хватает воздуха, я так могу упасть в обморок, прямо вам на руки, мистер Кортни.
— Будьте так добры.
Он предусмотрительно подставил согнутую руку. Скарлетт почти повисла, и он довел ее до скамьи около окна.
— О, пожалуйста, мистер Кортни, сядьте передо мной и чуть пониже.
У меня болит шея, и так мне будет удобно смотреть на вас.
Кортни уселся, очень даже близко.
— Совсем не хочу быть причиной неудобств для вашей шеи, — сказал он.
Его глаза медленно скользили вниз по шее, груди. Он был не менее опытным в той игре, в которую они играли.
Она сидела, опустив скромно глаза, как будто понимала, чего хочет Кортни. Украдкой она бросала на него взгляд сквозь ресницы.
— Надеюсь, что эта моя слабость, вы понимаете, не предлог удержать вас и лишить возможности потанцевать с девушкой вашего сердца.
— Леди, с которой я сейчас разговариваю, и есть девушка моего сердца, миссис Батлер.
Скарлетт посмотрела ему прямо в глаза и обольстительно улыбнулась.
— Будьте осторожны, мистер Кортни. Вы рискуете вскружить мне голову.
— Я этим и занимаюсь, — сказал он ей прямо на ухо, и она почувствовала тепло его дыхания на своей груди.
Очень скоро публичный роман стал предметом обсуждения номер один в Сезоне. Сколько раз они танцевали вместе на каждом балу, когда они пили вино из общего бокала…
Жена Мидлтона, Эдит, становилась все белее