Скарлетт

И назад, назад, три шага назад. Смелей — шлейф поможет удержать равновесие. Стоп. Вытяни левую руку и подожди несколько секунд — дай возможность слуге набросить на нее шлейф. Все, теперь поворачивайся и неторопливо двигайся к дверям».
Ноги Скарлетт с честью выдержали испытание, но стоило ей опуститься на стул в трапезной, как колени ее зашлись в мелкой, противной дрожи.
Шарлотта и не пыталась скрыть своего удовлетворения. Она вошла в спальню Скарлетт, держа в руках веером, словно карты, карточки из плотной белой бумаги.
— Поздравляю, дорогая, ты имела ослепительный успех. Едва я успела встать и одеться, как стали приходить приглашения. — Она потрясла карточками. — Бал в Королевском дворце имеет особую важность. Бал святого Патрика — это следовало ожидать. Гостиная номер два — там ты увидишь, как можно подшучивать и насмехаться над людьми в светском обществе. И, наконец, танцы для узкого круга приглашенных в тронном зале. Три четверти ирландских пэров ни разу не удостаивались чести быть приглашенными на подобный вечер!
От удовольствия Скарлетт даже засмеялась. Страх, который она испытывала во время церемонии представления, прошел. Она имела успех!
— По такому случаю я готова истратить все деньги вырученные от продажи пшеницы последнего урожая, на платья. Я хочу сегодня же отправиться по магазинам.
— Боюсь, у тебя просто не будет времени в ближайшие дни. Пятнадцать знатных господ горят желанием встретиться с тобой, и среди них, кстати, церемониймейстер. Четырнадцать не менее знатных дам с дочерьми также прислали записки с просьбой о встрече. Тебе придется всех их по очереди принимать в своей гостиной. Чай, кофе — обычный выбор. Я уже распорядилась: горничные занимаются подготовкой комнаты для приемов. Кстати, по моему заказу она будет убрана розовыми цветами. Поэтому по утрам тебе лучше всего надевать коричневое в розовую клетку платье из тафты, а вечером ты будешь особенно эффектно выглядеть в платье из зеленого бархата с розовой отделкой. Эванс уже наготове — ждет, когда сможет сделать тебе прическу.
Скарлетт пользовалась колоссальным успехом и была открытием сезона. Мужчины толпами штурмовали отель, умоляя об аудиенции у богатой вдовы, которая к тому же была еще и «mirabile dictu» — невероятно красива. Комната для приемов Скарлетт отныне была всегда полна девушками на выданье, чьи матери не без основания считали, что там у их дочерей будут неплохие шансы привлечь к себе внимание какого-нибудь состоятельного жениха. После первого дня Шарлотте уже не пришлось отдавать распоряжение вновь украсить гостиную миссис О’Хара цветами. В этом не было нужды: поклонники присылали их в таком количестве, что скоро все это благоухающее разноцветье просто перестало помещаться в комнате. Ко многим букетам были прикреплены кожаные футляры с инициалами лучших ювелиров города, но Скарлетт, хоть и неохотно, тотчас же отсылала дорогие подарки владельцам (а в футлярах чего только не было: роскошные броши, изящные браслеты, кольца, сережки…).
— Любой девушке из округа Клейтон штата Джорджия, откуда я родом, хорошо известно, что за благосклонно принимаемые знаки внимания рано или поздно нужно платить, — говорила она Шарлотте. — Я не хочу чувствовать себя обязанной кому-либо.
Любой ее шаг и поступок подробно описывался газетой «Айриш Таймс» в колонке «Светская хроника». Владельцы лучших магазинов надевали лучшие костюмы, считая за честь лично появиться в отеле, чтобы предложить госпоже О’Хара изделия, которые могли бы ей понравиться. Вот тут-то Скарлетт себе не отказывала, покупая разные драгоценности, включая те, которые ей раньше безуспешно пытались преподнести сановные поклонники. Скарлетт побывала на королевском балу, и вице-король дважды лично приглашал ее на танец.
Все без исключения гости, хотя бы раз побывавшие на ее чайно-кофейных церемониях, были без ума от ее портрета. Каждое утро и после полудня перед приходом первых визитеров Скарлетт приобрела привычку подолгу смотреть на свое изображение. Так она шаг за шагом познавала саму себя. Шарлотта Монтагю с интересом наблюдала за происходящими с ее протеже метаморфозами. Вертлявая кокетка исчезла, уступив место спокойной, таинственной женщине, которой достаточно было лишь обратить туманный взор своих зеленых глаз все равно на кого: мужчину ли, женщину или ребенка, — чтобы они, словно под гипнозом, готовы были следовать за ней куда угодно.
«Раньше я из кожи вон лезла, чтобы выглядеть обаятельной и привлекательной, — думала Скарлетт, — а сегодня добиваюсь чего захочу без какихлибо усилий». Она пыталась понять, чем вызваны такие разительные перемены, и не находила ответа. Ей оставалось только