Скарлетт

по ее просьбе хозяева постоялого двора заперли в номере, чтобы он не смог увидеть экзекуцию.
— Они были так добры ко мне — в качестве платы согласились взять мое обручальное кольцо, хотя оно и не золотое.
— Я схожу за ним, — сказала Скарлетт. — Пожалуйста, позаботьтесь о миссис Келли, отец.
— Конечно, миссис О’Хара. Захватите с собой бутылку бренди, а то бедная леди, похоже, на грани нервного срыва.
— Я выдержу. Мне нельзя. Кто тогда позаботится о Билли? Он у меня еще совсем малыш — ему всего восемь лет. Голос ее был слабый и прерывающийся.
Билли Келли оказался крепким светловолосым парнишкой, выглядевшим старше своих лет. Запертый за массивной дверью номера, он был вне себя от ярости. Он покажет этим проклятым британским солдатам!
— Я возьму в кузнице железный стержень и буду бить их по головам, пока меня не пристрелят, — кричал он, барабаня в дверь кулаками. Хозяину постоялого двора требовалось немало усилий, чтобы сдерживать его.
— Не будь глупцом. Билли Келли, — резкий голос Скарлетт быстро привел его в чувство. — Твоя мать нуждается в тебе, а ты хочешь усугубить ее горе. Какой ты после этого мужчина?
Мальчик притих. Хозяин заведения мог без опаски выпустить его.
— Где моя мама? — спросил он, и голос его звучал испуганно и жалобно.
— Пойдем со мной, — ответила Скарлетт.

Гарриэт Стьюарт-Келли неохотно рассказывала о своей жизни. Она и Билли прожили в Баллихаре больше недели, после чего Скарлетт по коротким фразам смогла составить хоть какую-то картину их прошлого. Дочь английского священника Гарриэт в девятнадцать лет покинула родительское гнездо и устроилась работать в семью лорда Уитли в качестве помощницы гувернантки. Для молоденькой девушки она была хорошо образованна, но совершенно неопытна в житейских вопросах.
Одной из ее обязанностей было следить за детьми лорда во время их конных прогулок, на которые они регулярно отправлялись перед завтраком. Однажды она поняла, что влюбилась в сопровождавшего их молодого конюха, обладателя чудесной белозубой улыбки и веселого озорного голоса. Когда он предложил ей убежать вместе с ним из дома лорда, она с радостью согласилась, посчитав, что это будет невероятно романтично.
Романтика кончилась, когда они добрались до фермы отца Дэниэла Келли. Без рекомендательных писем никто не хотел связываться с беглым конюхом и гувернанткой, так что работу они найти не смогли. Дэнни с отцом и братьями стал обрабатывать под посевы каменистую землю, а Гарриэт покорно выполняла все распоряжения угрюмой матери Дэнни, мыла полы и занималась штопкой. Еще раньше она научилась хорошо вышивать — это необходимое умение для девушки из благородной семьи — и теперь на досуге нередко возвращалась к своему любимому занятию. Билли был у нее с Дэнни единственным ребенком, что лишний раз свидетельствовало, какими неважными стали их отношения. Дэнни Келли скучал по породистым лошадям в великолепных просторных конюшнях, по франтовскому жилету в полоску, цилиндру и высоким кожаным башмакам, что составляло форменную одежду настоящего конюха. Он обвинял Гарриэт во всех своих неудачах и все чаще стал искать утешение в виски. Его родственники ненавидели ее, так как она была англичанка и протестантка.
Дэнни арестовали, когда он, повздорив в трактире, избил английского офицера. Его родители и братья мысленно попрощались с ним, когда узнали приговор: сто ударов кнутом. Они уже справляли поминки, когда Гарриэт, положив в корзинку буханку хлеба и взяв за руку Билли, отправилась пешком за двадцать миль в Трим, где дислоцировался полк пострадавшего офицера. Она умоляла пощадить жизнь ее Дэнни. Офицер же пообещал ей выдать его тело для погребения.
— Мы поедем с сыном в Англию, миссис О’Хара, если вы нам одолжите денег на дорогу. Мои родители умерли, но есть родственники, которые могли бы дать нам пристанище, хотя бы временное. Я вам вышлю долг, как только найду работу.
— Не говорите глупости, миссис Келли. Вы знаете, что у меня есть маленькая дочка, которая ведет себя, словно дикий жеребенок. Кэт нуждается в хорошей гувернантке. Кроме того, она здорово привязалась к Билли и бродит за ним, как тень. Кэт нужен друг, такой, как Билли. Вы мне сделаете огромное одолжение, если согласитесь остаться, миссис Келли.
Скарлетт не договорила, что кроме всего прочего она не была уверена в том, что Гарриэт вообще доберется до Англии и сможет заработать себе и Билли на пропитание. Она была готова много работать, но ей не хватало прибивной силы, какой-то настырности и житейской сметки. Все, что Гарриэт знала о