СКАЗКИ ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ! +18 В сборнике представлены литературные сказки признанных русских писателей конца XIX — начала XX века: А. М. Ремизова, А. В. Амфитеатрова, М. А. Кузмина, Ф. Сологуба, Л. Н. Андреева, 3. Н. Гиппиус, Н. К. Рериха, чье творчество в этом жанре оставалось практически неизвестным читателю до сих пор. Как и в сборнике «Новелла серебряного века», сказки несут печать своего времени, с его интересом к мифам, легендам, преданиям, притчам, ко всему мистическому, таинственному, необъяснимому.
Авторы: Сологуб Федор Кузьмич Тетерников, Рерих Николай Константинович, Андреев Леонид Николаевич, Гиппиус Зинаида Николаевна, Амфитеатров Александр Валентинович, А. А. Ивановский, М. Н. Соболев
И отворила окно бедная, глупая Аделюц, и влетел к ней черный морской ворон. В тяжкие крылья он обнял ее и кровавым клювом уст ее коснулся. И согревала она его на груди. — Господи, прости ей ее согрешенье.
Отец и мать пришли к царевне Аделюц, царь Марк-вард с царицею Утэ. И сильно были они изумлены, и долго в молчанье на дочь они глядели.
— Отвечай нам, Аделюц, гордая Аделюц! Где взяла ты драгоценный перл, что сияет в твоей головной повязке?
— Грустно мне, девушке, в светлице, одной — горькими слезами в одиночестве я плачу. Из слез моих родился этот перл, — так диво ли, что он так велик и прекрасен?
— Отвечай нам, Аделюц, гордая Аделюц! Где взяла ты кровавый рубин, что горит, как огонь, в ожерелье, на твоей белой шее?
— Солнечный луч я поймала решетом, заклятьями в камень превратила. Из солнечного света сделан мой рубин, — так диво ли, что он так велик и прекрасен?
— Отвечай нам, Аделюц, гордая Аделюц! Где взяла ты пояс золотой, что змеею вьется вокруг твоего стана?
Ничего тут не сказала Аделюц, и приступил к ней царь Марквард с грозным допросом.
— Отвечай мне, Аделюц. гордая Аделюц! Отчего так полон твой стан, и в глаза нам взглянуть ты не смеешь? Святым Богом клянусь, что преступна ты! Открой же нам твои вины и преступленья.
— Прав ты, отец Марквард, и ты, царица Утэ, моя мать. Преступна я, и нет мне прощенья. Страшный плод я в теле ношу, и боюсь, чтобы не родился от меня дьявол.
Потому что с морским вороном я спала, с страшною птицею неведомой пучины. Он бедою мореходов живет, трупы утопленников — его пища. Холодом веет от крыльев его, ржавая роса каплет с его перьев. Алою кровью обагрен его клюв. И вокруг него — воздух могилы.
От него этот перл и рубин, и золотой пояс, снятый с мертвой языческой царицы. В снежную бурю ко мне он влетел, и я на груди его грела. И тело, и душу мою он погубил, — Господи, прости мне мое согрешенье.
Прошу тебя, добрый отец мой, царь Марквард: вели сложить костер во дворе твоего островерхого замка. И дегтем его вели осмолить, и соломы, и стружек насыпать. На костре должна я сгореть, и проклятый плод мой будет сожжен вместе со мною. На костре должна я, как колдунья, сгореть, потому что я зналась с нечистым бесом.
И горько плакал царь Марквард, и горько плакала мать, царица Утэ. И утирали они слезы полами одежд, хотя у них были очень дорогие одежды.
И на костер прекрасную Аделюц взвели, и сожгли, так что и костей не осталось. И бросили в море пепел и золу, и проклинали нечистую силу.
Спаси нас от нее, святой апостол Матвей и Елена, мать царя Константина.
(Баллада 1636 г.)
Что ты мне поешь — «кюрэ» да «кюрэ»? Коли священник не хочет венчать меня сегодня — под пятницу — будь ему пусто: я обойдусь и без венца, а свадьба все-таки будет! Черт бы драл твоего попа! Не забуду я ему зла: при первой встрече обкарнаю ножом ему уши.
— Понимаешь, пономарь? Пред тобою — контрабандист, развеселый малый, что проводит жизнь в лесах и не знает ввечеру, будет ли он жив завтра утром. Стоит таможенному взять прицел повернее — паф! и готово! Слушать, как мимо ушей свищут пули таможенных, — вот мое ремесло, мое веселье. Поди — спроси своего попа: видал ли он, как летает красный петух? Как хлопают его огненные крылья? Слыхал ли он его буйную песню? Прах его побери
