В центре внимания окажется 17-летний парень по имени Чарли Рид – прилежный ученик, который отлично играет в бейсбол и футбол. Когда Чарли было 10 лет, его мать погибла в автокатастрофе, из-за чего отец стал много пить. Герою пришлось начать заботиться как о себе, так и о своем отце.По сюжету Чарли знакомится с загадочным стариком Говардом Боудичем и его собакой по кличке Радар.
Авторы: Стивен Кинг
сумрачно и пахло затхлостью, но не мефитом
и не вонючим. В полумраке громоздились еще две тележки, выкрашенные в красный и синий цвета. Они, несомненно, пролежали в сарае много лет, но из-за того, что они были вне стихии, краска оставалась свежей, и они выглядели почти жизнерадостно. Из их крыш торчали столбы, так что я предположил, что в какой-то момент они, должно быть, проходили по проводам, которые давали ток. Если так, то эти провода давно исчезли. Я не видел ни одного во время своего путешествия. На лицевой стороне одного старомодными буквами было выведено слово «НАБЕРЕЖНАЯ». Над другой, ЛИЛИМАР. Там были штабеля окованных железом колес с толстыми деревянными спицами и коробки с ржавыми инструментами. Я также увидел ряд торпедообразных ламп на столе, стоявшем у дальней стены.
Радар снова рявкнула. Я вернулся и вытащил ее из корзины. Она слегка пошатнулась, затем захромала к двери. Она шмыгнула носом и без дальнейших колебаний вошла внутрь.
Я попробовал открыть большую раздвижную дверь, должно быть, ее, что использовались для тележек, но она не поддавалась. Я оставил открытой для света ту, через которую вошел и проверил лампы. Похоже, это будет темная ночь для принца Шарли и его верной помощницы Радар, потому что нефть в их резервуарах давно закончилась. А трехколесному автомобилю Клаудии пришлось бы провести ночь снаружи, потому что меньшая дверь была слишком узкой для него.
Деревянные спицы запасных тележных колес были сухими и занозистыми. Я знал, что смогу наломать достаточно дров для костра, и я захватил «Зиппо», который мой отец использовал, чтобы раскуривать трубку, но я ни за что не собирался разводить костер внутри. Было слишком легко представить, как искры падают на старые тележки и поджигают их, не оставляя нам другого убежища, кроме здания церковного типа. Который выглядел шатким.
Я достал пару банок сардин и немного мяса, которое Дора упаковала для меня. Я поел и выпил колу. Радар отказалась от мяса, попробовал сардину, затем бросила ее на пыльный деревянный пол. Она и раньше была довольна печеньем с патокой от Доры, так что я попробовала это. Она шмыгнула носом, затем отвернула голову. Жесткое вяленое мясо тоже не годилось.
Я погладил ее по щекам. «Что мне с тобой делать, девочка?»
Исправь ее, подумал я. Если смогу.
Я направился к двери, желая еще раз взглянуть на стену, окружающую город, и тут меня осенило. Я вернулся к своему рюкзаку, порылся и нашел последние несколько печений с орехами пекан в пакетике под моим бесполезным айфоном. Я предложил ей одно. Она осторожно понюхала его, взяла в рот и съела. Плюс еще три, прежде чем отвернуться.
Лучше, чем ничего.
Я наблюдал за светом через открытую дверь и время от времени выходил, чтобы осмотреться. Все было тихо. Даже крысы и вороны избегали этой части города. Я попытался подбросить Радар ее обезьянку. Однажды она поймала его и несколько раз символически пискнула, но не пыталась вернуть мне. Она положила его между лап и заснула, уткнувшись в нее носом. Мазь Клаудии помогла ей, но эффект прошел, и она отказалась принимать последние три таблетки, которые дала мне ассистентка ветеринара. Я подумал, что она израсходовала свой последний настоящий прилив энергии, сбегая вниз по винтовой лестнице и мчась навстречу Доре. Если я не отведу ее к солнечным часам в ближайшее время, я найду ее не спящей, а мертвой.
Я бы поиграл в игры на своем телефоне, чтобы скоротать время, если бы он сработал, но это был просто черный стеклянный прямоугольник. Я попытался перезапустить его, но даже не увидел яблоко
. В мире, из которого я пришел, не было волшебства из сказки, и в этом мире не было волшебства из моего мира. Я положил его обратно в рюкзак и наблюдал за открытым дверным проемом, когда белый пасмурный свет начал ослабевать. Прозвенели три вечерних звонка, и я почти закрыл дверь, но я не хотел оставаться в темноте, не имея ничего, кроме папиной зажигалки, чтобы использовать ее, когда придется. Я не сводил глаз с церкви (если это была она) через дорогу и подумал, что, когда я больше не смогу ее видеть, я закрою дверь. Отсутствие птиц и крыс не обязательно означало отсутствие волков или других хищников. Клаудия велела мне запереться на задвижку, и это было именно то, что я намеревался сделать.
Когда церковь превратилась в смутный силуэт в темнеющем мире, я решил закрыть дверь. Радар подняла голову, навострила уши и издала низкий гав. Я думал, это из-за того, что я встал, но это было не так. Старая она или нет, но ее слух был лучше моего. Я услышал это несколько секунд спустя: низкий трепещущий звук, как будто
