Сказка

а он нет. Это все, что я должен сказать, и все, что тебе нужно услышать. Оставь меня в покое.
Он подошел к концу скамьи, сел и обхватил руками свою склоненную голову. Это была поза, которую я много раз видел на бейсбольных полях, чаще всего, когда питчер пропускал ключевой удар и его вытаскивали. Это была поза проигравшего, а не победителя. Но, конечно, мы все были бы в проигрыше, если бы не случится что-то.
Спаси ее, прошептала мне серая служанка Лии. И должна ли я теперь была спасти их всех только потому, что мои волосы стали светлыми из-за многократного нанесения грязи? Это было абсурдно. Кла продолжала трахать меня глазами. Он намеревался все еще быть в живых во время ужина.
Приди в этот день последний смертельный поединок, я бы даже не смог спасти себя.
Следующим, кто вернулся, был Мерф. Один его глаз заплыл, а правое плечо рубашки было мокрым от крови. Стукс увидел, понял, что его партнера по комедии больше нет, тихо вскрикнул и прикрыл глаза.
Мы ждали, наблюдая за дверью. Наконец она открылась, и вошла Джая. Она была бледна, как оконное стекло, но, казалось, без единой царапины. Слезы текли по ее щекам.
— Я должна была, — сказала она. Не только для меня, для всех нас. — Я должна была, иначе они убили бы нас обоих.

Второй сет был назван так: Янно сразится с Доком Фридом, Йота сразится с Джеккой, Мезел сразится с Сэмом. Когда они ушли, я сел рядом с Джайей. Она не смотрела на меня, но слова лились из нее, как будто удержание их внутри могло разорвать что-то внутри нее.
— Он не мог по-настоящему драться, ты знаешь, какой он, каким он был, но он устроил шоу из этого. Для меня, я думаю. Они взывали о крови, ты услышишь это, когда придет твоя очередь, взывали к нему, чтобы он уложил суку, взывали, чтобы я встала у него за спиной и всадил ему нож в шею…
— Там есть ножи? — спросил я.
— Нет, копья с короткими рукоятками. Также перчатки с шипами на костяшках пальцев. Они разложены на столе, где стояли напитки, когда мы тренировались. Они хотят, чтобы ты был поближе, ты знаешь, они хотят увидеть как можно больше ударов ножом, прежде чем кто-то упадет, но я взяла один из шестов, ты знаешь, этот… — Она изобразила замах.
— Боевые посохи.
— Да. Мы ходили вокруг да около. Фремми был мертв, его горло было перерезано, и Хейми чуть не поскользнулся в крови. Уэйл лежал на рельсах.
— Ага, — сказал Аммит, не поднимая глаз. — Тупой мерзавец пытался сбежать.
— Мы были последними. Это было, когда Аарон сказал, что еще пять минут, или нас обоих дисквалифицирую. Он мог видеть, что мы на самом деле не пытались убить друг друга. Хейми бросился на меня, так глупо размахивая своим маленьким копьем в сторону, и я ударила его в живот рукоятью своего посоха. Он закричал. Он уронил копье на траву и продолжал кричать.
Желудок Хейми, подумал я. Его бесконечно больной желудок.
— Я не могла вынести этого звука. Они аплодировали, смеялись и говорили что-то вроде «хороший удар», и «котенок» этим сбил его с ног, а Хейми продолжал кричать. Я подняла копье. Я никогда никого не убивал, но я не мог выносить его криков, поэтому я … Я…
— Ты можешь остановиться на этом, — сказал я.
Она посмотрела на меня полными слез глазами, с мокрыми щеками.
— Ты должен что-то сделать, Чарли. Если ты обещанный принц, ты должен что-то сделать.
Я мог бы сказать ей, что первой задачей принца Чарли будет не быть убитым Кла, но я подумал, что она и без этого чувствовала себя достаточно плохо, поэтому я просто коротко обнял ее.
— Он там? Флайт Киллер?
Она вздрогнула и кивнула.
— Как он выглядит? — спросил я. Я думал об этом почетном месте с наклонными наружу подлокотниками, как будто тот, для кого оно предназначалось, был очень толстым или, по крайней мере, чрезвычайно громоздким.
— Ужасно. Ужасный. Его лицо зеленое, как будто внутри у него что-то не так. Длинные белые волосы падают ему на щеки из-под короны, которую он носит. Его глаза такие же большие, как яйца всмятку. Это широкое лицо, такое широкое, что его трудно назвать человеческим. Его губы толстые и красные, как будто он ел клубнику. Это было все, что я смогла увидеть. Он закутан в огромный пурпурный халат от подбородка и ниже, но я видела, как он шевелится. Как будто он держал под собой домашнее животное. Он ужасен. Чудовищный. И он смеется. Остальные аплодировали, когда я… когда Хейми умер, но он просто смеялся. Слюна текла у него изо рта с обеих сторон, я видел это в свете газовых фонарей. Рядом с ним была женщина, высокая и красивая, с маленькой родинкой возле рта…
— Петра, — сказал я. — Мужчина схватил ее за грудь и поцеловал в шею после того, как я сбил Аммита с ног.
— Она… она… — Джая снова вздрогнула. — Она поцеловала