Сказка

была чуть больше чулана по сравнению с той, мимо которой мы проходили по пути сюда. Здесь была только одна плита, без духовки, и длинный низкий гриль, вероятно, работающий на газе, но сейчас выключенный. На нем лежал ряд сосисок, подгоревших до черноты.
Джая издала звук, нечто среднее между кашлем и рвотой. Я полагаю, она обо всех наших завтраках и обедах здесь, особенно о тех, что были перед «игровым временем» и первым раундом «Ярмарки». Я читал о ПТСР{! Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) — тяжёлое психическое состояние, возникающее в результате единичного или повторяющихся событий, оказывающих сверхмощное негативное воздействие на психику человека. Травматичность события тесно связана с ощущением собственной беспомощности из-за невозможности эффективно действовать в опасной ситуации.!], но читать о чем-то и понимать это — очень разные вещи.
На полке рядом с грилем стояла жестяная кружка, похожая на те, что были у нас в камерах, только у этой не было отверстия на дне, к которому нужно было прикладывать палец. Она была наполнен серными спичками, похожими на те, что дал мне Перси. Я схватил ее, и поскольку у меня не было карманов, я переложил 45-й калибр на пояс кончо и сунул жестяную кружку со спичками в кобуру.
Лия подвела нас к двери, выглянула наружу, затем жестом пригласила нас следовать за ней, крутя пальцами, как и раньше – быстро, быстро. Я задавался вопросом, сколько времени прошло. Конечно, все еще был день, но какое это имело бы значение, если бы Белла и Арабелла целовались на другом конце света? Я догадывался, что Флайт Киллер уже был у Темного Колодца. Ожидая, когда он откроется, чтобы он мог попытаться заключить еще одну сделку с существом, которое там жило, либо не замечая ужасных событий, которые могут произойти, либо не заботясь об этом. Я думал, что последнее более вероятно. Элден из Галлиена, Элден Флайт Киллер, дряблый, жадный, зеленолицый гоблин, ожидающий, чтобы призвать что-то из другого мира в этот… а затем, возможно, и в мой. Я подумывал о том, чтобы сказать Лии забыть о том, чтобы отвести нас в камеру пыток. Перси – Персиваля – могло даже не быть там, или он мог быть мертв. Конечно, остановить Флайт Киллера было важнее.
Эрис коснулась моего плеча.
— Принц Чарли… Ты уверен в этом? Разумно ли это?
Да, это было неразумно. Вот только без Персиваля – человека с болезнью грея

, настолько развившейся в нем, что он едва мог говорить, – никого из нас здесь бы не было.
— Мы уходим, — коротко сказал я.
Эрис прикоснулась ладонью ко лбу и больше ничего не сказала.

Я узнал проход, где Лия ждала нас, переминаясь с ноги на ногу, сжимая и разжимая рукоять своего меча. Справа от вспомогательной кухни был путь в подземелье. Слева, и недалеко, находилась камера пыток.
Я побежал, оставив остальных позади. За исключением Радар, которая скакала рядом со мной, высунув язык из уголка рта. Это было дальше, чем я помнил. Когда я добрался до открытой двери камеры, я остановился достаточно долго, чтобы подумать, о чем–то, что было не совсем молитвой — просто, пожалуйста, пожалуйста. Потом я вошел внутрь.
Сначала я подумал, что она пуста… если, конечно, Персиваль не был заключен в «Железную деву». Но если бы это было так, то наверняка сочилась бы кровь, а ее не было. Затем куча тряпья в дальнем углу зашевелилась. Он поднял голову, увидел меня и попытался улыбнуться тем, что осталось от его рта.
— Перси! — крикнул я и подбежал к нему. — Персиваль!
Он изо всех сил пытался отдать мне честь.
— Нет, нет, это я должен приветствовать тебя. Ты можешь стоять?
С моей помощью он смог подняться на ноги. Я подумала, что он обернул одну из своих рук грязным куском блузки, который был на нем, но когда я присмотрелась к нему повнимательнее, то увидела, что вместо этого она была обернута вокруг его запястья и туго завязана, чтобы остановить кровотечение. Я мог видеть темное, покрытое коркой пятно на камнях там, где он лежал. Его рука исчезла. Какой-то ублюдок отрубил ее.
Подошли остальные. Джая и Эрис стояли в дверях, но вошла Лия. Персиваль увидел ее и поднес оставшуюся руку ко лбу. Он начал плакать.
— Хинче. — Это было самое близкое, что он мог найти к принцессе.
Он попытался встать на колени и упал бы, если бы я не поддержал его. Он был грязным, окровавленным и изуродованным, но Лия обвила руками его шею и прижала к себе. Я любил бы ее за это, если не было бы ничего другого.
— Ты можешь идти? – спросил я его. — Если ты будешь делать это не спеша и отдыхать, если устанешь, сможешь? Потому что мы торопимся. Очень торопимся.
Он кивнул.
— И ты найдешь выход?
Он снова