Скитальцы космоса

как будто решал одно из своих любимых уравнений, наслаждаясь его сложностью. — Если не груз, то сам человек. Ему нужно было тайно пробраться на Трьюс. Маскировка должны была помочь ему проникнуть через оба порта, либо только через один. Он рисковал тем, что мы его раскроем и посадим под арест. Кроме того, убийство, если они собирались избавиться от нас навсегда. — Он кивнул Дэйну. — А это дорогая плата. Что происходит на Трьюсе?
Они хорошо знали, что внутренняя политика на многих планетах — опасная штука, и вольные торговцы старались не принимать ничьей стороны. В каждого из них вросло убеждение, что их корабль — это их планета, и ему принадлежит их верность — в начале, в конце и навсегда. Иногда трудно было согласовать это с различными симпатиями и антипатиями, но все они твердо знали, что от этого зависит их жизнь, и твердо придерживались такого поведения. До сих пор Дэйн никогда не сталкивался с выбором между безопасностью корабля и собственными эмоциями. Он знал, что в этом ему повезло, и надеялся, что это везение будет продолжаться. Он не знал, приходилось ли его товарищам сталкиваться с такой дилеммой, прошлое до его появления на “Королеве” принадлежало только им.
— Ничего, насколько мне известно, — заметил Джелико, все еще рассматривая жетон. — Если бы что‑то происходило, нас бы предупредили в общем порядке. Эти рейсы обслуживал “Комбайн”.
— Может быть, “Интерсолар”? — предположил Али.
“Интерсолар” — “И–С”… В прошлом их “Королева” дважды сталкивалась с этой компанией и оба раза вольный торговец выигрывал бой. Пигмей успешно противостоял гиганту звездных трасс. Компании с их огромными торговыми империями, с их флотами, с тысячами, даже миллионами служащих, разбросанных вдоль галактических торговых путей, были монополиями, боровшимися друг с другом за контроль над торговлей с новыми планетами. Вольные торговцы, как нищие на пиру, подхватывали крохи выгоды, которые гиганты презрительно пропускали или считали нецелесообразным их разрабатывать.
“Королева Солнца” получила контракт на вывоз камней корос с Саргола. Ее капитан даже сражался на дуэли с человеком “И–С” за это право. Именно “И–С” объявила “Королеву” зачумленным кораблем, когда удивительный зверек, проникший на борт, вывел из строя почти весь экипаж. И лишь проявленная младшими членами экипажа твердость характера и решимость — они сумели обратиться на Земле за помощью — спасли корабль и жизнь всего экипажа. И контрабандную торговлю именно “Интерсолара” они разрушили на Хатке, когда капитан Джелико, врач Тау и Дэйн прибыли туда по приглашению капитана рейнджеров в отпуск.
Конечно, у людей “И–С” не было оснований любить “Королеву” и во всех своих неприятностях экипаж был склонен прежде всего винить их. Дэйн сделал глубокий вдох. Может быть, “И–С”? У компании есть возможности для осуществления такого плана. Во время пребывания “Королевы” на Ксечо, там не было кораблей “Интерсолара”. Ксечо — территория “Комбайна”, но это ничего не значило. Нужный человек мог быть прислан на нейтральном корабле из другой системы. И если это часть заговора “И–С”…
— Может быть, — ответил Джелико, — но я в этом сомневаюсь. Конечно, они не испытывают к нам теплых чувств, но мы для них — мелкая сошка. Увидев возможность подорвать нам двигатель без особого труда, они ею воспользуются, но разрабатывать такой сложный план — нет. Мы перевозим почту, значит, всякое происшествие повлечет за собой расследования Патруля. Я не отвергаю “И — С”, но не они самые вероятные злоумышленники. “Комбайн” не сообщал о политических волнениях на Трьюсе…
— Есть способ кое‑что узнать, — с отсутствующим видом заметил Тау, постукивая пальцами по краю полки, и Дэйн обнаружил, что следит за ним.
Хобби Тау была магия или, точнее, те необъяснимые способности, которые первобытные, а иногда и далеко не первобытные люди использовали во множестве миров для достижения своих целей. Тау использовал свои знания, чтобы отвести от них опасность на Хатке. И именно постукивание пальцами было использовано для создания силы, сломившей волю колдуна–знахаря. Только тогда по приказу Тау постукивал пальцами Дэйн. И как будто та же мысль возникла и у Тау. Дэйн не обладал телепатическими способностями, но, по словам Тау, прекрасно справился на Хатке.
— В полном сознании вы не можете вспомнить, что происходило после того, как вы покинули корабль, и до пробуждения в гостинице, — продолжал врач.
— Глубокое зондирование? — догадался Дэйн.
— А подействует? — спросил Джелико.
— Нельзя сказать, пока не попробуем. У Дэйна против гипнотехники блок. Но мертвец носил его куртку, а это значит, что они встречались. Если он согласен, то глубокое зондирование может дать ответ