Скитальцы космоса

“Комбайну”. Класс “гамма” — была всего одна планета и цену объявили в шестьдесят тысяч. Вот тут‑то Джелико решил попробовать свои силы. Это был вызов “Денеб–Галактику”. Этого никто не ожидал, все считали, что это планета предназначается специально для этой кампании. А Ван Райк выкрикнул, опередив агента компании:
— Шестьдесят пять!
Агент изумленно уставился на него, заметив эмблему вольного торговца, ведь “Денеб–Галактик” никогда не имел конкурентов. “Интерсолар” и “Комбайн” не интересовались такой мелочью, а для вольных торговцев класс “гамма” был не по зубам.
— Семьдесят тысяч! — взвизгнул агент.
— Семьдесят пять! — проревел суперкарго.
Агент решил одернуть зарвавшегося торговца.
— Сто тысяч!
— Сто пять!
Толпа забурлила, а агент молчал. Экипаж “Королевы Солнца” почувствовал, что удача плывет им в руки, но тут раздался еще один голос:
— Сто двадцать тысяч!
Все обернулись и увидели, чт. о это был Кауфорт. Он язвительно улыбался, явно бросая вызов, но Джелико чуть заметно качнул головой и отклонил вызов. Он и не собирался покупать столь дорогую планету, а лишь только пробовал силы вероятных конкурентов. Кауфорт, продолжая улыбаться, получил пакет с пленками.
— Почему мы не торговались с ним? — недоуменно спросил Дэйн. — Ведь все складывалось так удачно!
— Нет, милый, — ответил Карл, — эта планета нам не по зубам. Предстоят большие расходы. Мы только прощупали почву на аукционе.
— А кроме этого, — вмешался Рип, — мы начали торг с компанией, привлекая к себе внимание. Хоть и небольшое, но все же внимание, а кроме этого, еще и реклама нашей будущей Федерации.
— Номер четыре — класс “дельта”. Цена — тридцать тысяч!
— Тридцать две! — взревел Ван Райк.
— Тридцать пять! — это снова был Кауфорт.
Но теперь Джелико не уступит. Планет было всего две и уступать их было нельзя.
— Пятьдесят тысяч!
— Шестьдесят!
— Семьдесят тысяч! — резко поднял цену Ван Райк.
— Семьдесят пять! — осторожно продолжал Кауфорт.
И суперкарго оторвался от него одним махом:
— Девяносто тысяч!
Кауфорт развел руками, уступая торг, и, повернувшись, пошел прочь, не дожидаясь последней серии планет. Остальные торговцы не посмели торговаться, и Джелико получил пакет с пленками. Следующая планета такого же класса была объявлена в четырнадцать тысяч, и Ван Райк легко купил ее, подняв цену до сорока. Лишь только один вольный торговец пытался торговаться, но суперкарго оторвался от него, резко подняв цену.
— Кто это был? — поинтересовался Джелико.
Ван Райк пожал плечами.
— Наведи справки об этом человеке. Чувствую, он необычный торговец.
— Хорошо, капитан.
— И поторопись, пока он здесь на Максосе.
Они расплатились за приобретенные планеты и направились в космопорт. Там суперкарго отправился в диспетчерскую навести справки, а остальные поднялись на борт “Королевы”.
Ван Райк вернулся на корабль через полчаса. Джелико вызвал его.
— Ну, что ты узнал? — спросил он. — Кто он?
— Вы никогда не поверите, — возбужденно проговорил суперкарго. — Это Морган Фостер. Вы должны помнить его, он в свое время командовал эскадрой изыскателей, а вот теперь ушел на пенсию и решил открыть свое дело. Не смог уйти из большого Космоса. Все свои сбережения он потратил на покупку звездолета и вот теперь заявился на Максос для участия в аукционе. Но с теми деньгами, которые оставались у него, он мог вообще не прилетать сюда.
— Да, я помню его. Значит, мое чутье не подвело меня. Этот человек может быть полезен для нашего дела. Райк, пошли ему приглашение.
Ван Райк нажал кнопку вызова на интеркоме.
— Дэйн Торсон!
— Да, капитан! — отозвался, Торсон.
— Отыщите в порту “Жемчужину Космоса” и пригласите к нам экипаж этого корабля.
— Есть, сэр!
Дэйн, которого приказ застал в своей каюте, с большой неохотой надел мундир и отправился на поиски звездолета. Он спустился по пандусу на взлетное поле и пошел к посту за, правки, возле которого работал здоровенный парень в промасленном комбинезоне.
— Послушайте, — обратился к нему Дэйн, — вы не подскажете, где мне найти корабль “Жемчужина Космоса”?
— А вот он, перед тобой, парень, — буркнул механик, указывая грязными пальцами в сторону маленького приземистого корабля, сияющего полированной антирадиационной броней. Сигнал готовности к взлету горел на носовых отражателях. — Я его недавно заправил, и они уже запросили разрешения на вылет.
Дэйн, рискуя попасть под выхлоп раскаленных газов, ринулся к кораблю. Подбежав к амортизатору, он нажал клавиш вызова. Ответом было молчание. Было слышно, как воют компрессоры