Скитальцы космоса

замолк и экран погас.
— О, черт! — простонал Кости. — Все та же история! Опять сожженная планета. На что мы потратили свои деньги?
Наступила тишина, и через некоторое время Ван Райк нарушил ее:
— Ребята, вы забыли, что такие планеты приносят нам удачу. Не будь у нас Лимбо, как бы мы были сейчас?
— Это может быть и пустой номер, — сказал Торсон.
— Все может быть, — улыбнулся Ван Райк. — Мы ведь искатели счастья и нам не привыкать к неудачам.
Джелико, тоже улыбнулся, что было с, ним редко, и сказал:
— Суперкарго прав. Мы — вольные торговцы и летим, куда захотим. А вдруг мы найдем то, что нашли на Лимбо?
Теперь уже улыбались все, только Кости мрачно пробормотал:
— Я согласен, лишь бы было выгодное дело.
— Вот это я могу тебе обещать, — ответил Джелико. — И кто знает, что скрывается в тех джунглях. А теперь летим на Землю.
Земля встретила их весной. Два вольных торговца сели рядышком в космопорту Нью–Джерси. Пока экипажи готовили корабли, возились с заправкой и с пополнением припасов, суперкарго отправился за новым кораблем на верфи, а Джелико стал разыскивать своего друга Сэнфорда. К обеду все утряслось как нельзя лучше. Райк купил новенький, только что сошедший со стапелей звездолет, а капитан разыскал в городе Сэнфорда, который снимал комнату в убогом меблированном доме. Его не пришлось долго убеждать в том, что он очень нужен, и он, собрав свои немудреные пожитки, отправился на стартовую площадку и стоял в доке, где его готовили к вылету.
— Дэйн, это твой новый капитан Джон Сэнфорд, — представил Джелико. — Ты назначаешься суперкарго и первым помощником. Твое первое задание будет состоять в том, чтобы вместе с Кости отправиться к психологу и дать заявки на недостающих членов нового экипажа.
— Есть, капитан, — козырнул Дэйн, взволнованный этим назначением и представляющий себя в мундире суперкарго с новыми нашивками.
Джелико махнул рукой и повел Сэнфорда на корабль, а Дэйн нашел Кости, и они отправились в здание космопорта. Вновь он был на Земле в том же порту, но уже не тем зеленым юнцом в необъятной форме Торгового флота, когда впервые вышел из подземки и пошел на “Королеву Солнца”. Почти два года, проведенные в космосе, после приключений на Лимбо, на алмазных копях Саргола, которые отдали им власти в обмен на право разработок на Лимбо, сильно изменили Торсона. Он возмужал, стал серьезнее и сдержаннее. У него было новое звание и перспективное будущее. Тогда два года назад психолог вытащил его счастливый жетон.
Они подошли к окошку администратора и подали заявки.
— Если хотите, можете подождать, — сказал чиновник. — Сегодня прибыла большая партия курсантов, так что сразу и примете кандидатов.
Они решили подождать и отправились к залу назначений. В зале было шумно, выпускники громкими восклицаниями сопровождали каждый вновь появившийся жетон из медного нутра машины. Электронный психолог периодически звякал, и счастливчики радостно вскрикивали, получив направление на хорошие звездолеты. Вдруг среди сидевших у стены Торсон, к своему удивлению, увидел Рики Уорена. Он был небрит, в помятой форме без нашивок, указывающих на принадлежность к кораблю. Дэйн понял, что Рики давно не видел космоса.
— Привет, Рики! — сказал Дэйн, подходя к нему.
— Господи, Дэйн, ты ли это? — Уорен изумленно оглядел его. — Ты летаешь?
— Как видишь, Рики! А почему ты здесь?
— Увы, Дэйн, мне не повезло. Как ты помнишь, при распределении я попал на линию “Марс–Земля инкорпорейтед”, полетал всего полгода и в последнем рейсе попали в метеоритный поток. Защита ни к черту, рухлядь, ну и наш “Искатель приключений” развалился. Спасатели сняли нас с обломков, и с тех пор я здесь в порту. Работы нет, перебиваюсь механиком, иногда грузчиком.
— Карл, сходи к администратору и аннулируй заявку на помощника суперкарго. Мы берем этого парня.
— Есть, Дэйн.
— Спасибо, Дэйн. — На глазах у Уорена блеснули следы благодарности. — Ты всегда был настоящим другом.
— Ладно тебе… Пойдем поближе к нашему старому другу Психологу.
Они подошли к компьютеру. В это время он щелкнул, и высокий парень с рыжими бакенбардами подхватил свой жетон.
— “Марс–Земля” инкорпорейтед”, — выдавил он из себя.
Все сочувственно посмотрели на него. Всю жизнь проболтаться в ближнем космосе и не увидеть Галактики, чужих планет — это было достойно сожаления. Рики, стоявший рядом, тяжело вздохнул, вспоминая свое назначение на эту линию. Но сделать уже ничего было нельзя — решение психолога окончательное и обжалованию не подлежит. Следующим подошел инженер–механик и опустил свой жетон в щель машины. Прошло немного времени, и Психолог, звякнул, выбросил жетон обратно.