Скитальцы космоса

был втянут в грузовой отсек, и капитан нажал кнопку тревоги. Рявкнула сирена, люди заняли места по боевому расписанию, гравитационные орудия, управляемые компьютером, настороженно шарили короткими рыльцами в поисках противника. Преследователи, отвернув от границ силового поля, пошли на снижение и скрылись за холмами.
“Молодцы! — подумал Сэнфорд. — Отличные ребята!” — Затем он указал на Бруно и распорядился: — Уберите этого парня, он нам еще пригодится.
Тот встал и поплелся, подталкиваемый стволом бластера. Сэнфорд повернулся к радисту.
— Передай Торсону, что мы подверглись атаке. И как у них дела?
Руффин настроился на их волну, и через некоторое время сквозь атмосферные помехи донесся голос суперкарго:
— Все в порядке, капитан. Кости говорит, что это установки для защиты всей планеты, и пытается установить, пригодны ли они для нас. Корабль лучше перебазировать поближе к Камням–Близнецам.
— Хорошо, Торсон, — сказал капитан. — Мы скоро будем у вас. — И, наклонившись к микрофону внутренней связи, скомандовал: — Экипажу приготовиться к старту!
Перелет прошел благополучно, и Сэнфорд посадил “Галактику” как раз между камнями. Укрепившись на грунте и настроив экраны обзора, люди молча ждали. И вскоре это пришло.
На фоне кровавого неба к кораблю начал стекаться голубой туман, превращавшийся в голубые тени, которые окружали “Галактику” со всех сторон.
— Напряжение поля падает, — встревоженно отметил Слоуан.
Капитан и Камил переглянулись, и руки Сэнфорда легли на рычаги пуска дополнительных генераторов защиты. Он сдвинул рычаги, и генераторы мягко загудели, посылая на силовые установки новые киловатты энергии. В тумане стали появляться новые дыры.
— Капитан, напряжение снова падает! — воскликнул инженер. — Дайте больше мощности.
Сэнфорд еще больше сдвинул рычаги, но туман стал еще гуще.
— Боб, генераторы на пределе, — сказал капитан.
На поверхности защитного поля забегали яркие звездочки.
— Поле! — побледнел Слоуан. — Это аннигиляция! Что же будет?
— Постараемся продержаться. Только бы Кости разобрался в этих чертовых приборах. Выключите все питание корабля, кроме генераторов, это добавит немного мощности.

Неясное, едва уловимое движение пробежало по завесе тумана, и он вдруг хлынул вперед, как могучий голубой вал, без единого звука, как в страшном сне.
— Капитан! Расход энергии на пределе!
Сэнфорд молчал, только окаменело лицо, а желваки вспучились буграми. Их жизнь зависела от генераторов. Если хотя бы один даст сбой…
— При дополнительной нагрузке на поле нам конец, — прошептал инженер.
“Галактику” тряхнуло с такой силой, что у космонавтов потемнело в глазах.
— Гравитационный удар! — прохрипел Сэнфорд. — Запускайте двигатели. Будем взлетать!
Удары усилились. Стали лопаться плафоны светильников и угрожающе затрещали переборки. И вдруг все стихло. Волны уплотненного пространства ринулись навстречу голубому туману и стали рвать его. Через некоторое время лишь прозрачные голубые лоскуты, бывшие некогда могущественными владыками планеты, носились вокруг корабля. Плотность излучения нарастала, постепенно расширяясь и освобождая все больше пространства вокруг Башен–Близнецов. В радиусе пятнадцати миль ревело море анигилирующей материи. Огромные машины в основании Башен тонко пели, выдавая огромные количества энергии. Медленно шли минуты.
— Вот и все, — сказал Дэйн Торсон. — Мы успели вовремя.
— Ты прав, малыш! — Кости запрокинул голову и громко расхохотался.
— Вот что, — сказал Торсон, — мне нужно на корабль. Здесь тебе нужен кто‑нибудь из твоих парней, я в этих штуках ничего не смыслю. Я вызову флиттер.
Между башнями было всего десять миль. Флиттер успел пролететь, должно быть, половину пути, когда малиновая вспышка беззвучно возникла прямо перед машиной. Дэйн с трудом поднялся и заковылял к ближайшему дереву. Он привел себя в порядок, глотнул немного тоника из фляги и почувствовал, что силы наполняют его тело. Посидев с полчаса, суперкарго встал, сориентировался и бесшумно двинулся в сторону звездолета.
“Ерунда, такое случается со мной не впервые”, — подумал он вспомнив свои приключения на Хатке.
Когда он вышел из леса, на небе появились обе луны планеты, которые осветили равнину с чахлыми кустиками, одинокие деревья и холмы. Там за холмами стояла “Галактика”. Внезапно из‑за кустов вынырнула тень. Дэйн