Скитальцы космоса

отгонит их на парсек или два. Грант не из тех, кто применяет бластеры. Нужно, чтобы Ганг послушал эфир, тогда мы, возможно, сможем подготовиться к любым сюрпризам, если Грант запросит у кого‑нибудь совета и помощи. Не думаю, Что они теперь станут вмешиваться в наши дела с сарголийцами, им не захочется отвечать на неудобные вопросы, если мы попросим Патруль задать их им. Итак, — он потянулся и повернулся к Дэйну, — продолжим работу.
Вновь в двух шагах от Ван Райка Дэйн шел к торговому центру, где их ожидали вожди сарголийских племен. Им пришлось идти всего пять или шесть минут от корабля и сарголийцы ничем не выразили интереса к их возвращению, но Дэйн заметил, что теперь был оставлен только один пустой табурет. Сарголийцы ожидали для переговоров только одного земного торговца.
Последовала скучная церемония обмена банальностями, добрыми пожеланиями и приветствиями. Никто не упоминал камни корос или даже пахучую траву — то, что интересовало торговцев. Никто не давал знака, что готов к серьезной торговле — поднятая рука покупателя и поднятая рука Продавца означали согласие или несогласие с ценой. Но подобные длительные переговоры были частью устава Торговой службы, а Дэйн, слушая эти приглашения и речи выпить вместе, в то же время внимательно разгля–ДЬ1вал все окружающее, пытаясь все оценить и классифицировать.
Ключом к характеру сарголийцев была осторожная независимость. Единственной формой правления, которую они признавали, была семейноклановая организация. Кровная месть и ожесточенные схватки были обычными в их жизни, и каждый мужчина, достигший совершеннолетия, был вооружен и в любой момент был готов схватиться с противником, пока не становился “говорящим о прошлом”, то есть слишком старым, чтобы владеть оружием. Но вследствие постоянных схваток и войн лишь немногие сарголийцы доживали до подобного состояния. Иногда заключались кратковременные союзы между семьями, обычно тогда, когда у них был общий, но более сильный враг. Только под торговым щитом вожди этих семи кланов встречались без своих воинов.
За час до захода солнца Вафт перевернул свой кубок вверх дном и поставил его на стол. Этот жест был повторен тотчас же всеми вождями. Переговоры на этот день были закончены.
“И, — подумал Дэйн, — они не принесли ничего. Что же такое открыл Трэкот Кам, что позволило ему заключить торговую сделку с этими подозрительными существами? Если люди с “Королевы” не узнают этого, они могут провести все время до истечения прав на эту планету в подобных бесполезных переговорах”.
В школе Дэйна учили, что часто торговый контракт с чужой расой требует долгой и терпеливой подготовки. Но между тем, что говорил преподаватель, и тем, что он испытывал на себе, была пропасть, и он печально подумал, что ему еще многому предстоит научиться, прежде чем он сможет в любой ситуации вести себя с несокрушимым терпением и самоуверенностью Ван Райка. Казалось, суперкарго нисколько не устал от этих бессмысленных переговоров, и Дэйн знал, что Ван Райку предстоит как минимум полночи, чтобы уже в сотый раз перечитать те короткие записи Трэкота Кама, которые им достались, чтобы попытаться понять, почему и как другой вольный торговец преуспел там, где люди “Королевы” наталкиваются на каменную гору. Как знал Дэйн из записок Трэкота Кама, сбор камней корос был опасным занятием. Хотя здесь, в материковой части планеты, власть сарголийцев была неоспоримой, совсем иначе обстояло дело в стране мелких морей. Там хозяйками были горпы и нужно было постоянно опасаться нападения этих хитрых разумных рептилий, чьи мыслительные процессы были так далеки от мышления и сарголийцев, и землян, что казалось, что никакой контакт с ними вообще невозможен. Собирая камни корос приходилось, следовательно, рисковать жизнью ради выгоды и, вероятно, сарголийцы не видели в этом необходимости.
Однако Трэкоту Каму удалось привезти полный мешок камней, то есть ему каким‑то образом, удалось договориться с ними. Ван Райк взбежал по трапу, как будто ему не терпелось заняться записями, но Дэйн задержался и тоскливо поглядел на травяные джунгли. По его мнению, эти ранние вечерние часы были лучшими на Сарголе. Воздух был золотым, ночные ветры еще не поднялись. Дэйну не хотелось менять этот простор на тюремное заключение в корабле. Пока он так размышлял, из отдаленного леса показались два юных представителя разумного населения планеты. Они несли одну из своих охотничьих сетей, которая в этот раз была использована дли поимки необычного пленника — они пришли за наградой за поимку Синдбада. Дэйн отправился за этим вознаграждением, но к ею изумлению один из туземцев указал выпученным пальцем–ногтем на трап.
— Идти, — с трудом сказал он на линго.