Скиталец 2

впечатление будто они пошли вверх по течению, он все же разгадал их маневр и после недолгого изучения дна, уверено пошел вниз.
Двигались не по руслу ручья, а по берегу, внимательно осматривая подступы не только на предмет следов, которые потянутся из воды, но и на предмет возможной засады. Денис непременно заложил бы волчью петлю и устроил преследователям кровопускание.
– Боря, ты можешь поверить в то, что они такие придурки? – всматриваясь в давно заброшенную усадьбу, поинтересовался Денис.
Двор зарос не только зарослями бурьяна, но и кустарником, проросшим даже на крыльце, видны клочки травы на оконных рамах. Деревянное строение давно обветшало, краска потрескалась шелушится и во многих местах облетела. Крыши дома и хозяйственных построек во многих местах прохудилась и осела. Борис трижды подумал бы прежде чем подняться на второй этаж. Даже если лестница подобное и выдержит, нет никакой гарантии, что под ногами не проломится деревянное перекрытие.
Все шестеро были именно в доме. Причем один из них забрался на крышу, устроившись в эдакой башенке, из которой можно осуществлять круговой обзор. Хотя, что он там собирается рассмотреть, совершенно непонятно. Местность сильно заросла, и относительный обзор сохранился только на расстоянии трех-пяти десятков метров от ограды. Они сумели подобраться сюда без труда. Следующий за ними отряд отстал метров на триста, и все еще не обнаружен. Поначалу-то прижимались, но после отповеди Дениса, стали держаться поодаль.
– Значит так, Боря. Я быстренько обойду усадьбу и зайду вон оттуда, справа. Как только услышишь подозрительный шум, вали того, что на крыше, потом держи окна и двери. В здание не суйся. Уяснил?
– Уяснил.
Мысли о том, чтобы дождаться остальных, у парня даже не возникло. А вот кровь пошла по венам толчками, дыхание участилось, ноздри шевельнулись, словно ощутив запах пороховой гари. Его охватило нетерпение и предчувствие схватки. А ведь в прошлой своей жизни он не отличался агрессивностью. Н-да.
Денис двигался как тень. Вот только что был рядом, и уже нет. Минут пять, он появился в намеченном месте. Подгадал момент и перебежал к дому. Бросил взгляд в сторону Бориса, коротко взмахнул рукой, порядок мол. Забросил тело в оконный проем и пропал из виду.
Еще пара минут и до слуха Бориса донесся сначала вскрик, а потом тревожный крик, оборвавшийся на высокой ноте. Часовой на крыше дернулся было, но было уже поздно. Палец выжал спусковой крючок, высвобождая курок. Приклад сильно, но мягко толкнула в плечо, а смертоносный свинец устремился к цели.
Едва выстрелив, Борис сорвался с места, уже набегу отмечая попадание, и передергивая затвор винтовки. Понятно, что это противоречит приказу. Но признаться, сам приказ был продиктован не здравым смыслом, а желанием оградить его от опасности и нежелания им самим пропустить все веселье. Вепрь и впрямь был тем еще адреналиновым наркоманом, с огромным таким шилом в заднице.
Пока Измайлов преодолевал те шестьдесят метров, что отделяли его от здания, он так никого и не увидел в оконных проемах, что лишний раз убедило его в правильности принятого решения. И напротив, в глубине заброшенного здания раздавались как выстрелы, так и крики.
Единым махом влетев на крыльцо, парень тут же растянулся на потрескавшемся и практически сгнившем полу, под треск обломившейся доски. Винтовка вылетала из его рук, и прогрохотала по дереву. Нога отозвалась нестерпимой болью и он огласил округу криком полным боли.
Практически тут же дверях появился рослый чернокожий, с револьвером в правой руке и винтовкой в левой. Боль нестерпимая. Настолько, что взгляд заволокло мутной пеленой. Однако Борис все же сумел расставить правильно приоритеты и рванулся в левом перекате, скрежеща зубами, брызжа слюной и выдергивая из кобуры свой бульдог.
Бандит выстрелил из револьвера под вопль Измайлова. Пуля с глухим стоком вошла в подгнившую доску, вырвав с обратной стороны целый кратер. Самого здоровяка тут же заволокло белесой пеленой дыма. А тут еще и мутная пелена. Борису едва видел контур темной фигуры. Измайлов дважды выстрелил в слабо различимую цель. Бандит отшагнул назад, и упершись в дверную коробку медленно сполз по ней, завалившись на правый бок.
Едва ли не одновременно с этим в некогда просторную прихожую, выбежал Денис, с револьверами в руках. Голова рассечена и обильно кровоточит.
– Ты как? – поинтересовался у парня.
– Н-нормально. Только ногу кажется сломал, – шипя от боли, ответил Борис.
– Того что на крыше достал?
– Да.
– Порядок. Шесть. Я же сказал, что ты должен делать, – присаживаясь рядом с ним и осматривая ногу, произнес Новиков.