Скиталец 2

конечно же скажется. Но когда стремишься сэкономить каждый реал, разве будешь задумываться над такими мелочами.
Хм. Или все же фартинг. Португальцы не особо приветствуют продукцию технического прогресса. В смысле, господа очень даже покупают и катаются на паромобилях. Но это легковые, так сказать роскошь. А вот что касается рабочих лошадок, типа грузовиков, тут уж больше отличаются британцы, которых тут хватает.
В России, кстати тоже все больше за лошадок держатся. Редко на каком острове боярин озаботится о техническом перевооружении своих подданных. О князьях и говорить нечего. Даже на верфях не спешат вводить новшества. И это при том, что корабли в дружинах как раз стремятся иметь новейшие.
Правда, для этого все больше поглядывают на заграницу. На тамошних верфях нередко и заказывают корабли. Н-да. Вместо того, чтобы развивать свое кораблестроение, помогают соперничающим державам уйти в еще больший отрыв. А ведь каждое судно это опыт, как положительный, так и отрицательный…
В марине он провел целых два часа. Покинув ее в расстройстве чувств. Он наверное все же мазохист. Вот оно ему надо было. Завернул в знакомую таверну, где пообедал. Кстати, достаточно поздно. Уже перевалило за час дня и уже давно настало время сиесты. Улицы практически пустые. Попадаются лишь редкие прохожие. Транспорта и вовсе нет. Лавки по большей части закрыты.
Оказавшись в съемном домике, прислушался к своим ощущениям. Н-да. Сна как не бывало. Однозначно, если сейчас завалится, то тупо проворочается, пока не надоест и он не бросит это безнадежное занятие. Поэтому раскрыл этюдник, и смочив лист бумаги закрепил его на поднятой крышке. Чего зря время терять, если можно пока суд да дело нарисовать одну акварель. А может и не одну. Как пойдет. Это не масло, спокойно хранится в папке на дне чемодана.
Картина была еще в процессе, когда он услышал, что возле дома остановилась пролетка. Эт-то еще что такое? Выглянул в окно Ч-черт! Только этого не хватало! Поспешно сложил этюдник, не обращая внимания на то, что безвозвратно испортил почти законченную акварель. По дорожке к дому шла госпожа Москаленко. Так что, нужно было в срочном порядке прибрать все, указывающее на его дар.
Управиться до того, как она постучала в дверь он не успел. Поэтому девушке пришлось немного обождать. А нечего заявляться в гости нежданно-негаданно. Может его и дома-то нет вовсе. Прибравшись присел на койку задумавшись над этой мыслью. А что такого. Сразу снимется множество вопросов и неловкостей. Хотя-а-а… Прятаться, даже от взрослой женщины однозначно с большим жизненным багажом, оно как-то не комильфо.
Решительно поднялся и направился к двери. Провернул ключ и толкнул ее наружу.
– Боренька, ты настолько не рад меня видеть? – одарив его иронично-осуждающей улыбкой произнесла Москаленко.
– Прятал в шкаф любовницу.
– Фи, Боренька. Ну есть, что скрывать от остальных и бог с тобой. Но к чему грубить женщине, – решительно отстранив его в строну, и проходя вовнутрь, произнесла она.
Остановилась посреди комнаты. Осмотрелась. Состроив рожицу неодобрительно покачала головкой. Заглянула в соседнюю комнату. Перевела взгляд на Измайлова.
– Боренька, а ведь нет у тебя любовницы. Ни одна уважающая себя женщина не разведет такой беспорядок.
– Вообще-то я регулярно убираюсь, – задело Бориса подобное замечание.
– А разве я сказала, что тут грязно? – пожала она плечиками. – Я сказала, что тут беспорядок. Ну чего стоишь истуканом. Прикрой дверку, и иди сюда, шалунишка.
Она вытянула к нему руки и потрясла кистями. Совсем как в первую их ночь. Н-да. От воспоминания по телу пробежала волна возбуждения. Впрочем, скорее приятного вспоминания. Потому что дружок на этот раз остался нем.
– Елизавета Петровна.
– Лиза. Забыл?
– Отчего же помню. Так вот, Елизавета Петровна, я понимаю зачем вам нужна вся эта игра. Боитесь, что Екатерина Георгиевна слишком уж увлечется мною. Ну, а то, что она мне не безразлична, вы и так поняли. Потому и стараетесь вбить между нами клин. Ну какая женщина простит то, что ей предпочли другую. При этом сами рискуете впасть в немилость. Возможно делаете ставку не на боярышню, а на ее родителей. Или же уверены, что в результате сумеете убедить ее в том, что это я негодяй и перенаправите ее неприязнь на меня. В прошлый раз у вас почти получилось. Потому что по прошествии времени она все же перестала на меня сердиться. Теперь потребовалась следующая доза.
– О чем ты мальчик мой? Я просто соскучилась. Забыл? Ведь это именно ты сорвал цветок невинности, – изобразила она искреннее удивление и обиду.
– Ну да. Как же. Той невинности то и было, разве только физиология.