Скиталец 2

рано.

Борис закончил умываться и посмотрел на себя в зеркало. Н-да. А ведь пожалуй пора обзавестись бритвой. Ему только пятнадцать, но уже пошел пушок. Если не брить, то выглядеть будет не очень.
Склонился над раковиной и вновь плеснул водой себе в лицо. Помогло не очень. В голове продолжает сохраняться не то чтобы тяжесть, но ощущение такое, что она у него как деревянное полено. Что за дрянь его заставили вчера выпить? А вчера ли? Да без разницы. Наверняка Проскурин знал, что в него вливал, и это безопасно. Но все одно, малоприятно. Это ощущение отупения…
Н-да. Уж лучше похмелье. Тут хотя бы не так обидно, потому что ты хотя бы знаешь что вчера тебе было хорошо. А так. Выпил. Выключился. Очнулся. И бог весть где находишься. Только и того, что на корабле рассекающем водную гладь. Легкую качку он ни с чем не спутает. Да и за небольшими иллюминаторами, в которые едва протиснется его голова, виден открытый морской простор. А нет. Вон вдали появился какой-то остров.
Хотя-а-а. Надо сказать, что опоили его дрянью куда более качественной, чем использовал Марсель. Хотя вырубает она не менее эффективно.
Одежда сложена на стуле. На столе, в подставках графин с водой и стакан. Рядом лежит его аптечка в жестяном корпусе. Ничего режущего и колющего, что можно было бы использовать как оружие. Денег кстати так же не оказалось, Хотя пустой бумажник и в наличии. В шкафу обнаружился его гардероб, чемодан и этюдник.
В дверь постучали. Н-ну н-надо-о же. Какие культурные похитители. Можно подумать это он заперся изнутри, а не его заперли снаружи.
– Войдите, – тем не менее произнес он.
– Здравствуйте. Разрешите представиться, Неваляев Викентий Петрович, судовой врач, – произнес вошедший мужчина.
Лет пятьдесят, среднего роста, уже полнеющий, круглое лицо с усами и бородкой клинышком. В нагрудном кармашке пенсне на золотой цепочке. И чего пижонить. Очки они ведь куда практичней.
– Нус-с, как мы себя чувствуем?
Нацепил на нос пенсне, вооружился часами и откинув крышку взял Бориса за запястье.
– Голова тяжелая. Как с похмелья. Ну или около того. А так в порядке.
– Н-да. Убойная штука. Я говорил Проскурину, чтобы он был поаккуратнее. Вам вполне хватило бы и половинки пузырька. А так, проспали почти сутки. Нус-с, ничего страшно. Есть хотите?
– Имею такое желание, – под урчание живота, признал Борис.
– Тогда прошу следовать за мной на ужин. И да, молодой человек, заберите пожалуйста вашу «Аптечку» и никогда не расставайтесь с нею. Кстати, весьма предусмотрительно с вашей стороны.
– Доктор, я спросить хотел. Артефакт привязан ко мне, но вот если меня приложит так, что я лишусь чувств, кто-нибудь сможет его использовать, чтобы меня излечить?
– Несомненно. Для этого достаточно приложить «Аптечку» к вашему телу. Причем совсем не обязательно к голому. Далее Эфир все сделает сам. И да, имейте ввиду, в случае истощения организма артефакт сработает вполне штатно. То есть, полностью восстановит вас, пролечив попутно все ваши болячки.
– Прямо бессмертие, – хмыкнул Борис.
– Ни в коем случае. Болезни излечиваются. Но это ни в коей мере не относится к изношенности самого организма.
– Да даже эдак его запаса прочности хватит минимум на полтораста лет.
– Не скажите. Все это сугубо индивидуально. Образ жизни неизменно накладывает свой отпечаток на изношенность организма. В особенности нервное и умственное напряжение.
– Умственное?
– Разумеется. Захочется ли вам жить заполучив старческое слабоумие? Ведь это банально впустую проведенное время.
За разговорами они вышли в коридор, где обнаружились двое дюжих городовых в гражданском платье. Затем поднялись по трапу в надстройку и прошли в кают-компанию. В окна Борис сумел рассмотреть, часть палубы, парусное вооружение и обводы носа. Благодаря чему сумел опознать судно, которым не раз и не два любовался на рейде.
Личная вооруженная яхта боярина Морозова. Четыре популярные пушки Дубинина делают ее весьма опасным противником для одноклассников. Впрочем, как показывает опыт Бориса, далеко не только для них.
Парусное оснащение типа шхуны. Весьма популярное в настоящее время. При попутном ветре в скорости конечно проигрывает прямому. Зато выигрывает при крутом и встречном. И что немаловажно, такие паруса проще в управлении и требуют меньшего числа обслуги.
Современная паровая машина тройного расширения дополняет облик судна. Экономичная, мощная, разгоняющая яхту до пятнадцати узлов. Отличный вариант для морских путешествий и даже океанских переходов.
Стол уже был накрыт и вошедших встретили