Скрытое зло

Глубокий голос мистера Мельбурна напомнил Мэгги низкие регистры органа, действовавшие гипнотически.
Он умолк и запустил пальцы в густую шевелюру.
— Я не имел права помещать в подобный дом вас, такую очаровательную юную девушку.
Очаровательную?
Это слово заставило Мэгги затрепетать.
В ее жизни было время, когда дня не проходило без того, чтобы какой-нибудь молодой человек не назвал Мэгги очаровательной… или не сказал бы еще более тонкого комплимента.
Но с тех пор случилось так много всего. Так много.
— Я была… то есть я… очень довольна работой, — заикаясь, пробормотала она.
— Простите меня, что я это говорю, но мне никогда не доводилось видеть волосы такого оттенка, — продолжал мистер Мельбурн низким голосом. — Они цвета пламени.
— Правда? — Мэгги рассмеялась и хохотала, не в силах остановиться. «Я веду себя, как ненормальная дура», — сказала она себе.
Однако мистер Мельбурн смеялся вместе с ней.
— Вот, наконец-то, долгожданный звук. Смех в Тэнглвуде, — проговорил он, качая головой. — Так, так. Впрочем, я, наверно, кажусь вам очень странным. Мы встречаемся среди ночи, и я вдруг начинаю говорить о ваших волосах.
— Совсем нет!
Низкий, жалобный вой ворвался в комнату.
Мистер Мельбурн весь напрягся.
«Бедный Эндрю, — подумала Мэгги. — Он, наверно, снова наверху, возле башенной комнаты, плачет и плачет». Она вспомнила свое обещание не рассказывать отцу, что застала его там.
— Ветер, дующий в окно башни, производит жуткие звуки, не так ли? — заметила девушка. — Я поднимусь туда и закрою его, прежде чем лечь спать.
Мистер Мельбурн схватил Мэгги за руки, больно сжав пальцами ее нежную кожу. Он взглянул на нее сверху синими ледяными глазами:
— Никогда не поднимайтесь туда. — Он слегка встряхнул девушку. — Вы меня слышите: никогда!

Мистер Мельбурн освободил ее.
— Спокойной ночи, — произнес он резко. — Мы продолжим нашу беседу утром.
Мэгги повернулась и, не говоря ни слова, бросилась вверх по лестнице в свою комнату. Она заперла за собой дверь и прислонилась к ней, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце.
Почему мистер Мельбурн запретил ей ходить в башенную комнату? Почему он вдруг стал так холоден и зол?
Возможно, он не хочет, чтобы чужие заходили в комнату, где скончалась его жена, подумала Мэгги. Эндрю говорил, что отец запретил ему подниматься в башню… и умолял Мэгги не выдавать его.
Однако эти рассуждения не очень убедили ее «В этом доме так много тайн, — подумала Мэгги. — Как я могу здесь оставаться, не зная правды оТэнглвуде?»
Девушка вздохнула. Она подошла к умывальнику и налила воды в раковину. Насколько смогла, смыла грязь с рук, лица и ног. Затем надела чистую ночную рубашку и постелила свежие простыни.
От мысли, что придется спать на том самом месте, где так недавно лежало окровавленное тело бедного Угля, к горлу подкатывала тошнота. «Не будь столь брезгливой», — приказала себе Мэгги. Она долго смотрела на кровать, потом залезла под одеяло и попыталась заставить себя уснуть.
На следующее утро Мэгги укладывала волосы то так, то эдак. «Тебе просто не хочется спускаться вниз», — выбранила она себя.
Как станет относиться к ней мистер Мельбурн после их странной вчерашней встречи? Будет ли он резок и холоден? Или скажет ей комплимент? У Мэгги замирало сердце. Она нервничала перед очередной встречей со своим нанимателем.
«Ладно, — решила она. — Опоздание к завтраку все равно ничего не изменит». Она разгладила длинную юбку своего темно-синего платья и направилась в столовую.
— Ага, вот и вы, — приветствовала ее Нэнси, когда Мэгги показалась в дверях. — Вернулся мистер Мельбурн. Он приказал накрыть мальчикам завтрак в детской, чтобы вы смогли наедине поговорить о них.
— Спасибо, — ответила Мэгги. Она села за стол, нервничая еще сильнее, чем раньше. Через несколько минут в комнату вошел мистер Мельбурн. Он занял место во главе полированного стола. Нэнси и Мэри подали яйца, сосиски и горячие бисквиты, а потом удалились на кухню.
Как только они вышли, мистер Мельбурн внезапно сказал:
— Мисс Томас, я должен попросить у вас прощения. Я излишне бурно прореагировал на ваше предложение подняться в башню. Все дело в том… ступеньки слишком старые и гнилые. — Он опустил глаза. — Мне бы не хотелось, чтобы вы ушиблись.
— Я понимаю, — ответила Мэгги. То, что он сказал, имело смысл. Тем не менее ей почему-то казалось, будто он чего-то недоговаривает. Не было ли иной причины, из-за которой он не хотел, чтобы гувернантка ходила в башню?