В юности Эдуард Корунд мечтал стать космическим археологом — раскрывать тайны погибших цивилизаций, чтобы понять, каким должно быть будущее человечества. Только непросто сбываются мечты в Галактике, разделенной на Старших и Младших, над которыми властвует безжалостная сверхцивилизация.
Авторы: Мзареулов Константин Давидович
эффективнее изделия Древних, но в наилучшей готовности сейчас многофункциональный комплекс какой-то сгинувшей империи, про которую археологи Большого Квартета никогда не слышали.
В конце концов Эдуарда поставили на металлический круг, по периметру которого немедленно вытянулся — выше головы — частокол сверкающих стержней. Тело Корунда потеряло вес и повисло, не касаясь пола, вдоль стержней забегали вверх-вниз световые кольца.
— Надо было взять с тебя клятву помогать остаткам нашей расы и только потом лечить, — сказала социолог.
Возможно, Оранжево-Зелено-Алая шутила. Эдуард ответил — тоже как будто в шутку:
— Клятвы немного стоят… — и добавил уже серьезнее: — Но вы же знаете, что мы пытаемся спасти ныгронцев.
— Не даете умереть с голоду. — Старший рептилогуманоид сделал резкий жест. — И не слишком энергично прекращаете конфликты на погибающих планетах. Как вы представляете свои дальнейшие действия?
— Мы собирались для начала наладить снабжение предметами первой необходимости. Когда решим эту задачу, будут открыты школы, как на мирах Младших.
Музейные работники дружно возмутились: дескать, выжившие ныгронцы — не дикари какие-нибудь, им нужны совсем другие учебные программы. Немало претензий они высказали в адрес Красно-Синего и ему подобным, кто служат Старшим, не слишком заботясь о попавших в беду сородичах. Красно-Синий, обидевшись, возбужденно отвечал, что служит людям только ради помощи остаткам своей расы.
Оборвав их перепалку, телепатический усилитель передал сообщение врачебной машины: анализ повреждений закончен, выявлено столько-то свежих механических повреждений, больные зубы, застарелый ушиб позвоночника, частичная атрофия нейронной сети, аритмия гормональных желез, что-то плохое в сердечной мышце, почках и печени. Для полной регенерации необходимо синтезировать какое-то количество костной и мышечной ткани, а также нервных волокон.
— Синтезируй, — разрешил Эдуард и обратился к персоналу музея: — Ваша платформа посещала разные миры этого скопления, то есть способна перемещаться среди звезд. Не так ли?
— Способна, — подтвердила социолог. — Мы намерены покинуть скопление. Здесь опасно, вскоре может начаться большое сражение.
В качестве места безопасной стоянки Корунд предложил Джуманджи. К его удивлению, рептилогуманоиды не стали возражать — кажется, они устали скитаться и были готовы приткнуться куда угодно.
Пользуясь временной сговорчивостью хозяев платформы, Кристо принялся выведывать, какие именно чудеса первобытных цивилизаций собраны в музее. Корунд успел услышать лишь о двигателях более совершенных, чем полупогружные, но в этот момент робот-врач объявил: синтез необходимых препаратов закончен, приступаю к лечению.
После этого Эдуард на какое-то время выпал из реальности. По его телу струились умеренно болезненные электрические разряды, перекатывались ледяные и горячие волны, острые жала кололи в позвоночник и затылок, в разных частях организма возникали спазмы и чувство онемения. Когда сеанс активной терапии завершился, все тело зверски ломило, словно в жестокую простуду.
Антигравитация отключилась, блестящие стержни втянулись в основание машины, и Корунд, снова опустившись на пол, едва устоял на дрожащих ногах. Голова кружилась, в ушах звенело. Впрочем, раны совершенно перестали беспокоить, дышалось легко, как в далекой молодости. Сосредоточившись, Эдуард подключился к телепатической беседе.
— Я понимаю, что вы называете Мануфактурой, — передавал кто-то из рептилогуманоидов. — Это была небольшая платформа с дупликаторами материальных объектов. Мы разрабатывали модели примитивных изделий на основе наших экспонатов, а персонал той платформы просто размножал механизмы в нужном количестве.
Ответная мысль доктора Лисанова буквально дрожала от волнения:
— Значит, в музее хранятся более сложные и совершенные конструкции?
— Да, безусловно. Около полумиллиона готовых изделий, а также миллионы описаний различных устройств.
Почувствовав себя достаточно здоровым, Эдуард вмешался в разговор:
— А как насчет информации о принципах работы этой техники? Нас интересуют теоретические основы гравитации, маяков, ключ-кристаллов, межзвездных двигателей, решение Великих Парадоксов физики…
— Эд, не наглей, — взмолился Кристо.
Ныгронцы с явным недоумением разглядывали собеседников-людей. Наконец один из музейных работников протелепатировал:
— Разумеется, у нас имеется такая информация. Однако понятие парадоксов нам незнакомо.
Кристо с помощью Красно-Синего попытался растолковать суть
