В юности Эдуард Корунд мечтал стать космическим археологом — раскрывать тайны погибших цивилизаций, чтобы понять, каким должно быть будущее человечества. Только непросто сбываются мечты в Галактике, разделенной на Старших и Младших, над которыми властвует безжалостная сверхцивилизация.
Авторы: Мзареулов Константин Давидович
подняла палец. — Чрезмерное могущество опасно. Власть развращает, тем более — власть над материей. К тому же Всемогуществом следует пользоваться крайне осторожно. Надавишь чересчур сильно — сломаешь что-нибудь важное для Вселенной.
Для человека, не слишком подготовленного, новых мыслей и понятий было чересчур много. Эдик с трудом воспринимал водопад принципиально новых идей. Как и в недавней беседе с Высшим, он слышал слова, но не постигал их смысла. Между тем Гелла продолжала:
— Мы выделяем различные ступени Всемогущества. Управление хаосом случайных событий вплоть до броуновского движения молекул. Управление переходами масса — энергия в обоих направлениях. Всемогущество заставляет атомы и силовые поля выстраиваться в нужные структуры под действием простых принципов. В идеале мысленным усилием создаются практически любые материальные структуры.
— Как это возможно? — недоверчиво переспросил Эдик.
Покровительственно улыбаясь, Гелла привела доходчивый пример. Если господину Эдуарду Корунду захочется выпить воды, он достанет бутылку из холодильника или из камеры линий доставки, не задумываясь о том, каким образом эта вода попала в дом. Далекому предку господина Корунда пришлось бы прогуляться с ведром к ближайшей реке, набрать грязную воду, вернуться домой, отфильтровать и вскипятить воду… Технологический прогресс избавляет современного Корунда от множества манипуляций… Затем она возобновила лекцию:
— На разных уровнях цивилизации между мысленным желанием и достижением конечного результата располагаются различные промежуточные функции. Первобытный человек реализовал свои желания посредством физической силы, потом появились всевозможные механизмы с внешними источниками энергии — водяной, паровой, электрической, ядерной, кварковой. В случае идеального Всемогущества промежуточные ступени должны исчезнуть, и мы получим кратчайший цикл: мысль — результат.
— То есть Высшему достаточно подумать — и его мысль будет реализована?
— Как мы установили, Высшие еще не достигли этого этапа…
Только сейчас девушка сообразила, до какой степени потрясен ее собеседник. Смущенно улыбнувшись, она погладила Корунда по щеке, шепнув: дескать, поймешь, если постараешься.
Тут объявили начало регистрации для пассажиров секции F, и молодые люди бросились обратно в зал ожидания.
Перед воротами, ведущими к кораблю, выстроилась очередь. Однако семья Корундов оставалась на месте. Эмили, Агнес и откуда-то взявшийся Генрих Дерби утешали горько плакавшую женщину. Увидев незнакомку, Гелла бросилась к ней, крикнув:
— Мама! Что случилось?
Обняв ее, мать простонала сквозь слезы:
— Папу нашего убили. Бункер вдребезги. Никто не спасся.
Лицо Геллы скривилось, потекли слезы, девушка зарыдала в голос. Агнес, всхлипывая, гладила ее по спине, но ничего не говорила — в такие моменты от слов пользы не много. Генрих шепнул Эдику:
— Это, наверное, в том кратере, который мы видели.
— В том самом. Ты с нами летишь? Виновато улыбнувшись, Генрих объяснил:
— Мне твоя сестра очень понравилась, захотелось еще раз ее повидать.
— Ну в добрый час— Эдик толкнул его плечом. — Породнимся… Кристо не видел?
— Их полчаса назад увезли на Джуманджи… — Поглядев на табло, курсант-космолетчик добавил озабоченно: — Надо поторапливаться.
Они с Эдиком и ставший очень серьезным Мишель, взяв на себя командование, чуть не силком увели женщин к столу регистрации. Процедура была предельно упрощена: усталые полицейские и сотрудники космодрома вводили в информационную систему данные личных идентификаторов. У кого не было документов, спрашивали имя, дату рождения, название города, где жил на Кураре.
Затем пассажиров отправляли в рукав, соединявший зону досмотра со звездолетом. Корабль оказался неземным — грузовик цивилизации лабба. Пассажиров распределили по громадным пустым трюмам, в которых на скорую руку развернули полужесткие кресла. Экипаж честно пытался создать для беженцев подобие комфорта, но сиденья получились неподходящей формы, а поясняющие надписи были сделаны в таком жутком переводе — хоть на конкурс «Нарочно не придумаешь» посылай.
Приложив героические усилия, Эдик и Агнес одолели чужую наномеханику, приспособив сиденья к причудам человеческой анатомии. Агнес и Гелла сели рядом, обнявшись, и тихо всхлипывали, переживая свои потери.
Внезапно зазвучал голос кибертранслятора:
— Уважаемые братья и сестры по разуму, экипаж транспорта… — последовал набор непереведенных звуков, — выражает вам свое сочувствие и доброжелательство. Через несколько минут корабль будет улетать на планету,
