меня в хищении, и та с радостью уцепилась за эту мысль. Так что фактически меня приговорили еще до того, как прибыли полицейские и начали расследование. В результате обыска в комнате, которую я занимала и где хранила все свои вещи, был найден этот злополучный молочник. На меня надели наручники и посадили в полицейскую машину. Я хотела связаться с Гаретом — других близких людей у меня не было, — но мне не позволили.
— Вероятно, ее племянница подворовывала еще до того, как тебя приняли на работу. И выбрала она именно тебя — без денег, родни и влиятельных друзей, — чтобы безнаказанно свалить на тебя свою вину.
— В тот момент мне это даже в голову не пришло. Приговор застал меня врасплох. Я до последнего момента надеялась, что вот-вот все прояснится. Была уверена, что кто-то посторонний втихаря вторгся в дом и ограбил старуху. Думала, не может человек быть настолько двуличным и коварным. Лишь много позже, посидев в тюрьме и наслушавшись разных историй, я поняла, что может.
— Ренцо знает эти подробности?
— Он знает больше. Бриджит Кёрк сказала, что он тщательно изучил мое дело. А следовательно, и мои показания.
— Значит, он найдет виновника. Я уверен в Ренцо, — убежденно проговорил Сержио.
— А во мне? — робко спросила Кэти.
— Я сделаю все, чтобы очистить твое имя от этой скверны, — пообещал супруг.
— Насколько я понимаю, это и в твоих интересах тоже, — иронически заметила жена.
— Ты совершенно права, дорогая. И поэтому, я считаю, что мне следует как можно скорее отбыть в Лондон и лично контролировать ход расследования. Я сделаю это, до момента выяснения всех обстоятельств, приоритетным направлением деятельности Ренцо Каталлоне и службы безопасности в целом, — объявил он.
— Уж если ты за что берешься… — глубокомысленно проговорила супруга.
— Да, детка. Будь уверена.
Несколько дней спустя раздался телефонный звонок, на который поспешила ответить Кэти.
— Поздравляю, дорогая! — возбужденно кричал в трубку муж. — Радостная весть! Джанет Тэплоу арестовали по обвинению в воровстве и лжесвидетельстве!
— Ты не шутишь? — робко пробормотала Кэти.
— У полиции все доказательства. Она избавлялась от ворованного, но многое еще при ней. Объявились перекупщики антиквариата, которым она сбывала краденое, они готовы сотрудничать с обвинением. Ренцо обо всем позаботился. В ближайшее же время тебе вынесут оправдательный вердикт, детка.
— Слава богу! — прочувственно произнесла девушка. — Правда восторжествовала. Так почему же это кажется столь невероятным?!
— И прости меня, милая, за все сомнения.
— Все хорошо, Сержио. Только я немного в шоке после такой новости.
— Не горячись, милая. Я тут встретил в Лондоне Грацию. Она приехала вместе с Абрамо. Он, как оказалось, болен лейкемией и проходит лечение в одной из клиник. Я обещал, что навещу его, когда к нему станут пускать посетителей.
— Он не говорил, что болен, — отозвалась Кэти.
— Грация утверждает, что и она узнала об этом недавно. По оценкам врачей, у него шансы пятьдесят на пятьдесят.
— Грация вернулась к нему? — с затаенной надеждой спросила Кэти.
— Отнюдь. Она приехала в Лондон со своей командой адвокатов, так что мне приходится отстаивать интересы Абрамо через своих доверенных лиц. Семейные драгоценности, которые он ей подарил, удалось отвоевать, — с гордостью объявил супруге об очередной своей победе Сержио.
— Разве не по твоей просьбе она разводится с Абрамо?
— Нет, конечно. Как ты могла такое подумать? — удивился Сержио.
— Но она мне сказала…
— Мало ли что сказала Грация, — небрежно бросил он и назидательно добавил: — Нельзя без разбора верить всему, что тебе говорят!
Кэти рассмеялась, услышав такое наставление.
— Просто она подбиралась к моей ширинке. И я сказал ей, что не собираюсь вступать в связь с женой своего брата. Вот она и интерпретирует эти слова так, как ей больше нравится, дабы не думать, что я ее просто отверг, — пояснил Сержио.
— Теперь понятно, — отозвалась жена.
Три года спустя, стоя перед зеркалом, Кэти Торренте пристрастно оглядывала свой макияж. Предстоял ответственный вечер. В палаццо Аззарини съезжались гости. Хозяйка бала заметно нервничала.
Должна была прибыть и чета Каталлоне, которой предстояло отпраздновать третью годовщину бракосочетания. Они везли с собой двухлетнего сынишку.
Абрамо победил болезнь и начал новую жизнь без Грации, которая еще несколько раз за это время порывалась попытать счастья с Сержио, но, всякий раз получая решительный отпор, наконец, оставила эту затею.
Элла росла на глазах, обзавелась верным
