Славянское фэнтези

это, сынок, страшный железный человек. Будешь шалить — отдам тебя ему!» Доспехи, когда-то подаренные отцу огрским хэйканом, и в самом деле смотрелись страшновато.

— Франкский? — Сотник смерил неизвестного недоверчивым взглядом. — А если из гочтака попробовать?

Словно в ответ стальная рука дрогнула, неторопливо поднялась к глухому шлему. «Железный» человек открывал забрало.

Велегост не выдержал и легко ударил коня каблуком. Белый медленно, словно блюдя Кеево достоинство, двинулся вперед. Под копытами хлюпнула вода, вот ручей уже позади… И тут послышался голос — звонкий, молодой. Вначале Велегост удивился, но потом понял — говорил неизвестный.

Теперь они стояли лицом к лицу. Впрочем, лица всадника было не разглядеть — узкая щель позволяла увидеть только глаза. Неизвестный продолжал что-то говорить, но Велегост уже понял — этого наречия он не знает. Кей выпрямился и поднял руку:

— Чолом, альбир!

Всадник умолк, прислушиваясь, и Велегост запоздало сообразил, что неизвестный едва ли говорит по-огрски. Оставалось заговорить по-лехитски, но ответом был недоуменный взгляд из-под стального шлема. Кей и сам немного растерялся, но затем вспомнил. Румский! Говорят, этот язык знают все в странах Заката.

— Радуйся, доблестный воин!

Глаза неизвестного блеснули.

— Радуйся и ты, славный риттер! Радуюсь и я, ибо поистине великая радость — встретить в этих глухих местах истинного собрата по доблести.

Слова были не очень понятны, да и говорил неизвестный со странным произношением, но Велегост облегченно вздохнул.

Сзади заворчал Хоржак, но Кей нетерпеливо махнул рукой.

— Меня зовут Велегост. Велегост, сын Войчемира. А ты, я вижу, издалека?

— Уи, это истинно так! — Кею показалось, что «железный» человек улыбается. — Я Лоэн-гэру, сын Парса, из страны, называвшейся в давние годы Логра, ныне же именуемой Землей Бретов. Скажи, Велегост, сын Войчемира, имеешь ли ты обет, который еще не исполнен, или, может, желаешь сразиться за честь своей дамы? Тогда я к твоим услугам, и мы скрестим копья, как и положено доблестным риттерам. Но если тебе нужна помощь, мое копье и мой меч не подведут ни меня, ни тебя.

— Помощь? — Велегост оглянулся на мрачного, насупленного Хоржака. — А скажи-ка, Лоэн, где тут лучше разбить лагерь? А об остальном поговорим за ужином, хорошо?

Рука в стальной перчатке опустила копье. Лоэн долго снимал шлем, наконец облегченно тряхнул головой.

— Лагерь лучше разбить прямо за скалой. Я развел костер, но, боюсь, он уже погас…

Парень улыбался, и Велегост улыбнулся в ответ. Без шлема Лоэн уже никак не походил на «железного» человека. Белокурые волосы падали на плечи, ярко горели карие глаза. Кей невольно вздохнул и еле удержался, чтобы не провести рукой по изуродованному лицу. Красивый парень, такие и любы девицам! Но тут же прогнал непрошеные мысли. Лоэн, сын Парса, не виноват в его беде.

Кей оглянулся, кивнул Хоржаку. Тот понял и повернул коня, чтобы привести отряд.

— Однако же поведай мне, Велегост, — продолжал Лоэн, отстегивая тяжелые стальные рукавицы. — Истинно ли я нахожусь в земле, именуемой Ут? А если это и вправду так, то кто правит ею ныне и кто наместник этой провинции, именуемой, если я правильно понял, харпийской?

Ответить на такое оказалось непросто. Память подсказала: уты — древний народ, когда-то ставивший свои вежи у Денора. Утья Переправа — там погиб дядя Улад…

— Мы называем нашу землю Орией, Лоэн. И правит в ней мой отец, Светлый Кей Войчемир, сын Жихослава. Я же — здешний наместник.

— О-о! — Глаза парня широко раскрылись. — Поистине начинаешь верить древним сказаниям! Ибо только в сказаниях да еще здесь, в глухих горах, можно встретить на заброшенной тропе риттера столь благородного рода. Еще раз приветствую тебя, сын Светлого Кея! Однако же поведай мне, не нарушил ли я, сам того не желая, ваши порядки и обычаи? Ибо изъездил я много стран, и в каждой — свой закон.

Велегост невольно рассмеялся:

— Ты ничего не нарушил, риттер. Но почему ты надел доспехи? Разве тут опасно?

Парень растерянно оглянулся, развел руками:

— Но… разве нет у вас такого обычая? Ежели благородный риттер подъедет к перекрестку или к мосту, или к переправе, обязан он выждать должное время, дабы встретиться с иными риттерами, что путешествуют в поисках славы и подвигов. Посему и надел я доспех, хотя день, признаюсь, был весьма жарким…

Сзади послышались голоса. Велегост оглянулся — передовые кметы уже переходили