В сборник «Славянское фэнтези» вошли произведения Марии Семеновой, Андрея Валентинова, Елизаветы Дворецкой, Николая Романецкого и других известных авторов. Доблестные витязи, могучие чародеи и коварные злодеи, мастерски владеющие всеми видами оружия, вновь сходятся в смертельных поединках.
Авторы: Мурашова Екатерина Вадимовна, Семенова Мария Васильевна, Валентинов Андрей, Дворецкая Елизавета Алексеевна, Молитвин Павел Вячеславович, Дмитрий Тедеев, Романецкий Николай Михайлович, Аренев Владимир, Калашов Вадим, Чешко Федор Федорович, Ракитина Ника Дмитриевна, Васильева Светлана, Дондин Григорий, Евдокимова Елена, Ольшанская Елена Александровна, Гавриленко Юлия, Болдырева Наталья Анатольевна, Граф Минна, Ник Романецкий, Сафин Эльдар Фаритович
случае, ей рассказывал отец.
Итак, проводник был найден, а с остальным все решилось просто. Кей отобрал десятерых опытных кметов, с немалым трудом заставив верного Хоржака остаться с отрядом. Лоэн попросился сам. Велегост не стал спорить, ведь именно у горы Абдугай следовало искать следы пропавшего Зигурда.
Айну Велегост брать не стал. Узнав об этом, поленка не проронила ни слова, и даже взгляд узких темных глаз, казалось, не изменился. В ночь перед отъездом Кей велел Хор-жаку поставить шатер, но напрасно — девушка не пришла.
…Первый дом был уже виден — приземистый, из почерневшего дерева. У порога росла высокая трава. Кей уже знал, что внутри пусто. Те, что уходили, унесли все, даже деревянные лавки. Значит, уходили навсегда. Брошенные села наводили тоску, и отряд ни разу не ночевал в пустых избах. В лесу, среди живых деревьев, было как-то веселее.
Кметы спешились и начали осторожно обходить село. Впрочем, беды никто не ждал. Вода в заброшенном колодце была чистой, на старой яблоне у дороги зрели плоды, а пугливые аисты свили гнездо прямо посреди подворья.
— Мы словно в Ирии, — негромко проговорила Танэла, глядя на мертвое село. — Говорят, там раздолье для птиц, и души людей тоже становятся птицами.
Велегост спешился, присел в густую тень и развернул мапу. Абдугай не так далеко, где-то день пути, самое большее — полтора. Значит, задерживаться не стоит, надо ехать дальше, чтобы к завтрашнему вечеру…
— Кей! Кей!
В голосе кмета было удивление и одновременно — тревога. Велегост поднял взгляд.
— Кей! Здесь люди!
Велегост оглянулся — узкая сельская улица заросла травой, от ближайшего плетня осталось лишь несколько гнилых черных прутьев. Люди? Здесь?
— Веди!
Возле дальнего дома, прилепившегося к склону невысокого холма, собрались его кметы. Близко, впрочем, не подходили. Старший — пожилой десятник, знакомый еще по Тустани, поспешил к Кею и молча кивнул на подворье.
В первый миг показалось, что этот дом брошен, как и все остальные. Разве что двор был чище, и плетень новее. Зато дом выглядел совсем ветхим, почерневшая соломенная крыша провалилась, рухнуло высокое крыльцо…
— Вот он!
Человек сидел чуть в стороне, на куче черных потрескавшихся бревен. В глаза бросилось белое полотно рубахи — неожиданно яркое, словно вчера сотканное. И столь же белыми были волосы, спускавшиеся до самых плеч.
— Ждите здесь!
Кей прошел через узкую калитку, остановился, немного подождал. Человек сидел неподвижно, закрыв глаза, но при звуке шагов бледное лицо еле заметно дрогнуло. Он слышал.
— Здравствуй, хозяин!
Легкий кивок — старик не двинулся с места, глаза оставались закрыты, на большом костистом лице не дрогнул ни один мускул. Велегост не знал, что делать дальше. О чем говорить, о чем спрашивать? И тут неподвижное лицо еле заметно дрогнуло, бледные губы шевельнулись:
— Кто ты?
— Я Кей Велегост, наместник Светлого.
— Кей?
Старик медленно встал, и Велегост невольно поразился. Если бы не лицо, не седые волосы, можно было подумать, что неизвестному нет и сорока. Он был высок, на голову выше Кея, широк в плечах, длинные руки бугрились мышцами. Странный старик никак не походил на сельского пастуха.
— Жаль, мне не увидеть тебя, Кей…
Веки медленно раскрылись, и Велегост невольно вздрогнул — неизвестный был слеп, пустые черные глазницы смотрели холодно и равнодушно.
— Кто… Кто ты?
— Это не важно. — Голос старика звучал глухо и спокойно. — Когда здесь еще жили люди, меня звали Одинак…
Одинак? Кей вспомнил: по-харпийски это значит «одинокий». Точное прозвище!
У калитки послышались шаги. Велегост оглянулся — Танэла! Он поспешил приложить палец к губам, сестра бросила быстрый взгляд на старика и понимающе кивнула.
— Кей… — На неподвижном лице Одинака вновь что-то дрогнуло. — Кем же ты приходишься Светлому Кею Гораю?
В первый миг Велегосту подумалось, что старик ошибся. Кей Горай? Но тут же вспомнились рассказы отца. Его дедом был Жихослав, прадедом — Хлуд…
— Кей Горай? Я его… — Велегост на мгновение запнулся. — Я его праправнук!
Рядом громко вздохнула Танэла. Старик обернулся, и Кей поспешил добавить:
— Это моя сестра — Кейна Танэла. Мы дети Светлого Кея Войчемира…
— Приветствую тебя, сиятельная!
Старик поклонился, и Велегост понял — перед ним не селянин и даже не дедич из глухого медвежьего угла. Кто же он?
