След «черной вдовы»

строк для такого понимания было вполне достаточно. И оптимизма, касательно Светланы Волковой, никоим образом не добавляло. Но… Алевтина Константиновна приехала ночным поездом в Москву вовсе не для того, чтобы выслушивать от него какие-то сомнения. Поддержанная генералом Гоголевым, она наверняка была уверена, что здесь ей обязательно и, главное, немедленно помогут. Она уже и гонорар прикинула. Кстати об этом.
Денис объяснил ей порядок заключения договора, его условия и оплаты. Она заявила, что готова названную сумму сразу перечислить на расчетный счет агентства по тому номеру, который он ей запишет. При этом сослалась на договоренность опять-таки с Гоголевым, который сказал ей, что так можно поступить. Что оставалось? И Денис протянул ей карточку с сертификатами расчетного счета своего агентства в Альфа-банке. Она прочитала, кивнула и спрятала карточку в сумке. А теперь она готова подписать все необходимые документы, чтобы уже утром сделать перевод из Петербурга для оплаты заказа.
— Как у вас с билетами на обратную дорогу? — поинтересовался Денис.
— Благодарю, Виктор Петрович помог мне с билетами в оба конца. Я сегодня же уезжаю. Буквально через два часа.
Вон оно как, она была уверена настолько в своих действиях, что расписала время буквально по минутам. Или в нее эту уверенность вселил Виктор Петрович Гоголев? В любом случае придется соответствовать…
Филипп угостил даму свежезаваренным цветочным чаем с берлинским печеньем, продававшимся в соседнем «Хлебе». Она выпила и раскланялась. Денис поручил Агееву проводить Алевтину Константиновну и с ходу приступить к делу. Другими словами, узнать все или почти все, что может касаться того трагического происшествия. Ну а уж после сделать выводы, какие понадобятся для частного расследования силы и средства.
Вот, собственно, первая часть рассказа Дениса.
Вторая часть оказалась гораздо короче и менее красноречивой, нежели рассказ о знакомстве с тетушкой Светланы Волковой.
Филиппу удалось, не без труда правда, восстановить картину происшествия. И буквально на каждом этапе сбора информации он сталкивался с непреодолимыми препятствиями, первое и главное среди которых было абсолютное нежелание делиться с ним даже малейшей информацией со стороны тех официальных лиц, которые занимались расследованием. А точнее, даже и не расследованием, а совершенно непонятным тихим саботажем. Будто кто-то заранее и специально предупредил их: никаких телодвижений. Единственное, что еще удалось выяснить, — это то, что девица исчезла непонятным образом сразу после перевязки в травматологии. А водитель, Дмитрий Г орлов, до сих пор находится в реанимации. Он, по сути, в глубокой коме, все три ранения оказались тяжелыми. На всякий случай следователь, занимающийся этим делом, поставил возле палаты вооруженного охранника, но попыток проникновения посторонних лиц к Горлову отмечено не было. Да, вероятно, их и не будет — какой смысл убирать человека, находящегося без сознания, тем более что и лечащие врачи пока не дают никаких гарантий…
— Вот видите, друзья мои, как все сошлось? — задумчиво сказал Александр Борисович. — А Костя перед отъездом поручил Рюрику Елагину и Сашке Курбатову расследование именно этого убийства, и они уже завтра заберут все материалы, протоколы допросов и экспертиз и прочее в свои руки. У тебя теперь есть шанс, Денис, и самому разобраться, и помочь родимому государству в лице его Генеральной прокуратуры. Как, Слава, я думаю, ему стоит продолжить и свое собственное расследование?
— Одно другому не мешает. — Грязнов-старший пожал плечами. — Ему ж за это деньги платят. А там, глядишь, совместными усилиями… Твои-то не зажмут? Захотят поделиться?
— Их программа, если так можно выразиться, гораздо шире. А Денис — в рамках общего расследования — выделит свой интерес. В конце концов, эта Светлана — единственный живой свидетель происшествия. Даже больше — непосредственный участник. — Турецкий в упор уставился на Вячеслава Ивановича и добавил совсем трезвым голосом:— Если она жива… Ты ведь тоже сейчас об этом подумал?
И Грязнов-старший печально покивал в ответ.

Глава третья
ПО СЛЕДУ СВИДЕТЕЛЬНИЦЫ

1

Пуля прошла по касательной. Света почувствовала, будто ей в спину, над лопаткой, вонзили раскаленный стержень. Но пуля словно вспорола кожу и, пробив навылет шею, разорвала ей правое ухо и вонзилась в спинку переднего сиденья. Если бы девушка сидела нормально, ее бы, естественно, убило, но спасла в самом прямом смысле согнутая поза — проклятая золоченая шнуровка, которая почему-то перетерлась у самой щиколотки, мистическим образом сохранила ей жизнь.