След «черной вдовы»

и оперативники занимались исключительно тем, чтобы окончательно запутать и без того непонятное происшествие. Была ли в этом их вина, требовалось разобраться. И вообще, кто такой, в самом деле, этот Крисс, чтобы убийством какого-то «законника» занималась Генеральная прокуратура? Ну убрали — наверняка свои же! Значит, и было за что. Но тогда почему вокруг дела столько тайны?
Женщина пропала? Ну так ищите, на то и есть милиция. Чушь какая-то…
Кстати об этой Волковой. Соседи показывают, что, перед тем как она поселилась в огромной своей квартире, занимающей целый этаж дома на улице Доватора, там с полгода шел так называемый евроремонт. Это когда от стараний строителей весь дом месяцами ходуном ходит. И никакие жалобы соседей ни в РЭУ, ни в управу, ни даже в мэрию не помогают. Понятное дело, крутая дамочка, «подмазала» где надо. А вернее, заимела себе крутого мужика, которым, судя по раскладу, и был тот бывший вор в законе.
Первым и единственным, кто ее допрашивал сразу после покушения, а точнее, после того, как врачи оказали ей неотложную помощь, был «важняк» из межрайонной прокуратуры. Подписанный им протокол и был подшит к делу. Но странная штука: ничего внятного, по существу, сказано не было. Ну ехали завтракать в «Славянскую», говорили, даже ругались по поводу какого-то мотоциклиста, который их машину вроде преследовал. Потом тот умчался, а позже и началось. Дальше она ничего не помнит. Допрашивал свидетельницу этот следователь Нехорошев уже у нее дома. Он даже время указал: 12 — 12.30. А когда на следующий день потребовалось ему же что-то уточнить у свидетельницы и он послал за ней на улицу Доватора своего оперативника, тот, возвратившись, сообщил, что никто ему дверь не открыл и на дверные и телефонные звонки не ответил. Было принято решение немедленно вскрыть квартиру, что и сделали, соблюдая при этом все необходимые формальности. В помещении никого не оказалось, а некоторые разбросанные на диване и креслах предметы женского туалета указывали на то обстоятельство, что хозяйка покидала свою квартиру в спешке. Такой вот напрашивался вполне однозначный вывод.
И снова у «важняков» возникло странное ощущение, что и допрос свидетельницы, и вскрытие ее квартиры проделано как-то бестолково, что ли, и определенно нуждается в проверке. Например, раз уж вскрыли квартиру по необходимости, почему в ней не был произведен обыск? Наверняка могли обнаружить улики, либо указывающие на причину совершенного убийства, либо могущие подсказать, куда и почему скрылась свидетельница. Значит, все это придется проделывать заново, а время ушло.
Или опять же вопрос с теми мотоциклистами. Сколько их было, в конце концов? Куда они ехали? Но следователь почему-то ограничился лишь констатацией самих фактов, по сути противоречащих друг другу, и не стал заниматься их проверкой. Ему помешали? Или он сам не захотел заниматься нудной, рутинной работой — выяснять, куда они все позадевались? Ведь эти ненормальные рокеры — или как их там называют? — обычно носятся с таким грохотом, что поневоле привлекают к себе внимание посторонних. Значит, скорее всего, не захотел.
И вот получается странная вещь. Какому-то там межрайонному следователю наплевать, видно, на очередной «висяк» на собственной шее, а президенту государства, оказывается, вовсе не наплевать! Оправдание же может быть найдено разве что в том, что следователю, говоря языком Шекспира, недоступна связь времен (как и ряда однотипных явлений, называемых заказными убийствами), а президент — в курсе. И представляет себе, отчего такая связь может прерваться.
Но в любом случае господину Нехорошеву Игорю Борисовичу — хочет он того или нет — придется дать более подробный, а главное — внятный отчет о своих действиях.
Таков был первый основной вывод, к которому пришли Рюрик с Александром. И немедленно им потребовалась помощь оперативных служб. Недаром же, уезжая в командировку, Константин Дмитриевич предупредил их, что в трудных ситуациях следователи могут полностью рассчитывать на помощь Вячеслава Ивановича Грязнова с его оперативным управлением. Так зачем же бегать самому там, где за тебя это гораздо лучше сделают профессионалы, стоит им только доходчиво объяснить задачу?
Александр набрал телефонный номер Грязнова. На вопрос помощника, взявшего трубку, представился:
— Курбатов из Генеральной прокуратуры. Вячеслав Иванович в курсе.
И почти сразу откликнулся рыкающий голос генерала:
— Это в курсе чего я должен быть? Привет, Саша.
— Да все по тому же делу, Вячеслав Иванович, по убийству на Бережковской. Мы бы с Рюриком не стали вас беспокоить, но Константин Дмитриевич, — он подчеркнул сказанное особым нажимом, — предупредил,