Следуя зову

небольшую комнатку. Окно украшали шторы веселой расцветки, а кровати были застелены красивыми покрывалами.
Дэмиор удовлетворенно кивнул и вопросительно взглянул на нас с Бриссой. Я смутилась. Несмотря на то, что у костра мы спали рядом, спать в одной комнате с мужчиной было несколько необычно. Но город полон людей, и вряд ли мы найдем что-то получше.
— Отлично! — улыбнулась наша хозяйка и представилась. — Меня зовут Маила. Буду рада, если вы отплатите за приют помощью по хозяйству. Мой старый домишко давно не знавал мужской руки, все сыновья птицами разлетелись по Ривалону.
— Конечно, — ответил проводник. — Не беспокойтесь.
— Вот и ладно, — расцвела Маила. — А сейчас отдыхайте. Особенно ты, девочка. Тебе явно нужно полежать, — обратилась она к Бриссе.
Фандрийка рассеянно кивнула и легла на кровать. Попросив у хозяйки горячей воды, я наскоро привела себя в порядок и приступила к делу. Нужный мне отвар готовится недолго — нужно лишь заварить траву лиссайи и дать ей постоять несколько минут, а после добавить сушеного корня флидиса.
— Брисса? — я опустилась на кровать. Фандрийка уже задремала, но я, поколебавшись минуту, разбудила ее. Дэмиор отправился осматривать чадившую печь, и никто не мог помешать нашему разговору.
— Что? Орис? — она приподнялась на постели.
— Выпей этот отвар, — я протянула ей стакан.
Брисса привыкла к тому, что я постоянно готовлю ей снадобья, и потому сейчас спокойно приняла стакан. В несколько глотков она осушила его и вернула его мне:
— Это снова восстанавливающий отвар? Вкус какой-то не такой.
Я молчала, ожидая реакции. Если ее не будет, то и говорить не о чем. Брисса непонимающе смотрела на меня, и я почувствовала себя виноватой. Но стоило мне подумать, что произошла ошибка, как девушка ойкнула.
— Что это? У меня все чешется!
На руках фандрийки стремительно появлялись красноватые пятна, которые она начала судорожно чесать. Со вздохом я протянула ей еще один стакан:
— Выпей. Это поможет.
Брисса тут же выхватила его и, осушив его содержимое одним махом, зачарованно уставилась на свои руки — пятнышки исчезали прямо на глазах!
Кажется, теперь я понимаю, почему та травница из Талейна подарила мне женьшень для фандрийки. Может, уже тогда она видела то, чего не заметила я?
— Есть новости — ты беременна, — сказала я, пока Брисса осматривала свою кожу, вновь вернувшую свой цвет.
— Что? — выдохнула она, покачнувшись. Однако она не выглядела сильно удивленной, скорее обрадованной.
— Ты знала?
— Нет, — замялась она. — Но надеялась. Женские дни давно не посещали меня, но в дороге со мной это часто бывало.
Вскочив с постели, Брисса закружила меня в объятиях:
— Ты понимаешь, что это значит?! У меня будет ребенок! Ребенок от Кайдена! — заливистый смех разнесся по комнате.
Невольно я улыбнулась, разделяя радость фандрийки.
— Какой у тебя срок? — спросила я, усадив ее на постель.
— Наверное, месяца три, — с сомнением протянула Брисса. Подняв подол платья, она погладила едва заметный живот и счастливо выдохнула. — А я уж думала, мне показалось, что одежда в груди мала стала, а иной раз тошнит…
— Ты должна сказать Дэмиору, — прервала я ее. — И до родов лучше осесть в спокойном месте.
Фандрийка упрямо закусила губу:
— Нет, я должна добраться хотя бы до Пределов. Рано или поздно отец обязательно найдет меня! Я не могу обратиться в банк, а на ребенка понадобятся деньги!
— Но перебираться через горы в таком положении — безумие! Он недоволен тобой, но ведь это и его внук.
Брисса замерла, вперив взгляд в пустоту:
— Знаешь, отец всегда плохо отзывался о тех, кто принес в подоле. Не одна служанка вылетела из нашего дома за эту провинность. В его планах на мою дальнейшую судьбу ребенок не значится.
В глазах Бриссы заблестели слезы, и я отступила. Обняв девушку за плечи, зашептала какие-то глупости, пораженная ее словами.
Радостная Маила устроила настоящий ужин, и через пару часов мы все собрались за столом. Хозяйка расстаралась на славу, и нас ждали каша с мясом, наваристая похлебка и сладкие пироги — простые, но сытные и вкусные блюда. Стол, накрытый скатертью, вышитой яркими маками, украшали витые свечи в тонких подсвечниках, а на краю стояла плетеная корзинка с зерном.
— Сегодня последний день чествования Мафрины. Отметим праздник, — сказала Маила, увидев мой заинтересованный взгляд.
Дэмиор, уставший после починки печи, с удовольствием приступил к ужину, я лишь вяло ковырялась ложкой в каше, нервничая в ожидании объяснений Бриссы и Дэмиора. Мужчина выглядел раздраженным с самого утра, когда