Слишком много убийств

преследует, и никто не знает, какая из них станет следующей жертвой. Впрочем, я имел в виду не это, мэм. Женщины смелы потому, что рожают детей, и потому, что на них держится семья — и ох какой это бывает груз!
— Да вы романтик! — произнесла она с театральным удивлением.
— Нет, я реалист. Доброй ночи, доктор Давенпорт.
«Что тебе знать о настоящих женщинах, принцесса из высшего общества, живущая в мире элитных уборных!» — разозленно подумал Кармайн. На память пришли тысячи женщин, встречавшихся ему на жизненном пути, — обрывки воспоминаний вспыхивали на фоне ярости, а сам капитан лишь выступал бесстрастным свидетелем бед, боли, страшных обстоятельств. Постепенно его мысли приобрели более приятный оттенок, и к приезду домой он сумел загнать наихудшие из воспоминаний обратно в подсознание.
— Оказывается, ты тоже романтик, — сказала Дездемона, подавая ему бурбон с содовой.
Сегодня он застал сына бодрствующим. Джулиан подпрыгивал у него на коленях — ничего другого он пока не умел. Глаза мальчика были цвета светлого топаза с черным гагатовым обрамлением, густые черные ресницы чуть закручивались, а на голове красовалась шапка черных кудрей, которые сделали бы честь любой девочке. Несмотря на это, еще никто не ошибался с его полом — так много от Кармайна было в твердом и упрямом взгляде младенца.
Появление на свет мальчика все еще казалось Кармайну чудом, и он не уставал выискивать способы, чтобы показать Дездемоне, какое сокровище она ему подарила, ведь капитан уже и не надеялся, что у него будет сын.
— Ну-ка, пожми папе руку, — скомандовал он.
Джулиан сжал отцовскую ладонь пухлыми пальчиками, и Кармайн принялся вовсю охать и гримасничать, заставляя малыша визжать от восторга. После этого отец и сын предались объятиям и поцелуям, которые закончились, только когда Дездемона подхватила малыша на руки и понесла спать.
— Странно, что он никогда не капризничает, — сказал Кармайн. когда она вернулась и села рядом допивать свой джин с тоником. — Мы ведь так хорошо развлекались, и тут — бац! — мама все испортила. Казалось бы, сейчас начнет упираться или хотя бы заревет, но нет.
— Просто он умный и знает, что если пришло время спать, сопротивление бесполезно. Джулиан бережет силы для достижимых целей он еще себя проявит, — с улыбкой заметила Дездемона и поднял; стакан как для тоста.
— Где София?
— Ужинает в «Кливленде» с Майроном и его Эрикой.
— Серьезно?
— Абсолютно. Майрон водил ее на обед в ресторан, купил ей перидоты, но Майрон, конечно, не был бы Майроном, если бы не вы шел за рамки обязательной программы. Прибавил еще очень симпатичный гранатовый гарнитур по собственной инициативе.
— Надеюсь, обиды забыты?
— О да. Вдобавок хитрюга уговорила его устроить этот ужин втроем. Я не стала возражать, подумала, что если София вздумает выразить свое недовольство, пусть лучше это случится наедине, чем перед кучей народу на завтрашнем сборище у Майрона. Я, кстати, приняла приглашение. — Она посмотрела на часы. — Пора бы Софии уж вернуться.
— Загадочная женщина эта Эрика Давенпорт.
— Убийца?
— Вряд ли, хотя благодаря смерти Скепса она получила огромную власть. Согласно завещанию она теперь — самый важный босс.
— Ого! Знаменательная победа в стане женщин, — сказала Де демона, устремив на Кармайна влюбленный взгляд. Хорошо быть свободной и независимой — она сама была такой до тридцати лет с хвостиком, — но, пожалуй, еще лучше успеть вовремя избавиться от независимости. Жить с Кармайном в центре большой итало-американской семьи неизмеримо предпочтительнее одинокой свободы.
— Что на ужин? — спросил он, втайне надеясь на что-нибудь итальянское.
— Спагетти с фрикадельками а-ля Эмилия Дельмонико.
Какой вечер! Успел повозиться с Джулианом, отлично поужинает, позже они с Дездемоной, возможно, сделают своему сыну братика или сестричку… Он, правда, считал, что еще рановато, но Дездемона думала иначе.
Кармайн допил остатки бурбона.
— Тогда давай ужинать. Завтра придется есть менее удобоваримую пищу — омаров, голубых крабов, иранскую икру, что сырое, что не- прожаренное… Я слышал, Майрон заказал повара откуда-то из-за границы.
Пожалуй, Кармайн единственный из приглашенных не горел нетерпением по поводу вечеринки у Майрона. После повышения доктора Давенпорт «повседневная» одежда в пригласительных — то ли по прихоти Эрики, то ли по желанию Майрона — сменилась на «вечернюю», что обернулось традиционной головоломкой для женской половины гостей: что надеть?
К большому облегчению отца, София решила не идти. Причина не озвучивалась, однако Дездемона подозревала, что девочка была полностью подавлена новой подружкой