Случайная любовь

а как вас зовут? — обратилась я к Толику.
— Анатолий.
— Мы с вами никогда раньше не встречались?
— К сожалению, нет. Я у Виталия Ивановича работаю совсем недавно. Я раньше в Москве обитал.
— Вы хорошо знаете Москву?
— Ну, в общем, неплохо.
— Вы коренной москвич?
— Что вы, я родился в Риге. Но в Москве у меня родственники.
— И что за родственники? — насторожилась я.
— Тетушка моя. Брат был двоюродный, но его убили.
— Убили?! — я театрально взмахнула руками. — За что? Убийство, я надеюсь, раскрыто?
— Увы, нет. Если бы я только знал, кто это сделал, я бы этим гадам головы поотрывал. Это около трех лет назад произошло. Убийство с целью ограбления.
— Неужели никого не нашли?
— Не нашли.
— Кошмар… А вы не думаете возвращаться в Ригу?
— Нет. Мне и здесь нравится. Я при деле, неплохо получаю.
— Тогда я могу на вас рассчитывать. Если соберусь в Москву, обязательно возьму вас с собой. Вы мне покажете самое интересное. Договорились?
Толик, смутившись, залился краской. «Давай, давай, — усмехнулась я про себя, — ломай, дружок, голову, с чего бы это дочка местного дона Карлеоне оказывает тебе столь явные знаки внимания.
Небось в штаны написал от страха, урод!»
Застегивая пиджак на ходу, из дома вышел папа.
— Москва — большая деревня, Машенька, — сказал он и пригрозил мне пальцем. — Оклемаешься немного и поедешь вместе с мамой на Канары.
Я вновь посмотрела на Толика. За это время он умудрился побагроветь еще больше.
— Поехали, пора, — толкнул его второй мужчина, и вся компания, включая папу, села в «мерседес».
Вадим появился ближе к полудню. У него была стильная, современная иномарка, отдаленно напоминающая летающую тарелку.
— Машенька, это тебе, — сказал он и протянул мне роскошный букет орхидей.
— Спасибо, — улыбнулась я и, поцеловав маму, села в машину.
— Доченька, только недолго, чтобы я не беспокоилась. Вадим, ты отвечаешь за Машеньку головой! — Глаза у нее точно были на мокром месте.
Я открыла окно и укоризненно покачала головой.
— Мама, ты опять плачешь?
— Я боюсь потерять тебя, детка! Я этого не переживу.
— Но ведь он мой жених. Вернее, был им раньше. Думаю, ему можно доверять!
— Клавдия Степановна, не волнуйтесь, все будет хорошо, — крикнул Вадим, высовываясь из-за моей спины.
— Мама, ну все, мы поехали.
— Доченька, а ты не забыла мобильный?
— Нет.
— Я буду тебе звонить.
— Конечно, звони!
Иномарка рванула с места и выехала за территорию.
— Ты все-таки назвала меня своим женихом, — с гордостью произнес Вадим.
— Я потом сделала поправку.
Вадим провел свободной рукой по моей коленке и тяжело задышал.
— Маша, а помнишь, как мы с тобой заезжали вон в тот лесок и занимались любовью?
— Добавь еще, что мы кончали одновременно.
— Конечно, одновременно!
— И что же, мы занимались сексом в машине?
Разве нельзя было дотерпеть до кровати?
— Ну, ты же сама хотела экзотики. Ты говорила, что это тебе в кайф. Может, заедем в наш лесок?
Я по тебе соскучился. Маша!
— А ты мне за это время сколько раз изменял?
— Ни разу.
Я рассмеялась от души и убрала руку Вадима со своего колена.
— Не могу поверить, что ты такой правильный стал.
— Машенька, я только о тебе все время и думал.
Так, иногда.., когда баню заказывали… Но я всегда только с презервативом. Я меры предосторожности умею соблюдать. Маша, давай заедем в наш лесок, а?
Потерев виски, я вдруг подумала о том, что мне и в самом деле не мешало бы расслабиться. Я не была с мужчиной около трех лет, и за это время приятные ощущения, связанные с сексом, успели позабыться. Хотя, впрочем, нет, жаркие ночи в объятиях Макса я никогда не забывала, никогда!
— Ну что ж, давай заедем в твой лесок, посмотрим, чем это закончится.
— Машка, ты не шутишь? — не поверил собственным ушам Вадим. — Ты это серьезно говоришь?
— Понятное дело, не шучу. Итак, где наш лесок?
— Да вот он. Метров сто осталось, не больше.
Вадим газанул, и машина съехала в лесок, тянувшийся вдоль трассы.
— Машка, ты так изменилась, — повернувшись ко мне, сказал мой «жених». — Я узнаю тебя с огромным трудом. Словно я заехал в лесок с другой женщиной.
— Я тебе покажу другую женщину.
Насмешливо пригрозив ему пальцем, я подставила губы для поцелуя.
Вадим бережно приподнял мое платье и взгромоздился сверху. Действовал он крайне неуклюже, как школьник, едва только постигающий науку любви. Когда все закончилась, он виновато посмотрел на меня и, смущаясь,