Случайная любовница

боль таким простым средством.
Она не помнила, как ехала домой, а по приезде, дрожащая, была проведена в дом озабоченным Ходжесом. Потом заботы о ней взяла на себя ее горничная: отвела наверх, напоила горячим чаем и переодела в теплую шерстяную рубашку и халат. Только один раз Сьюзен спросила, приедет ли его светлость попозже.
— Нет, — ответила Лили безжизненным тоном, который прозвучал на удивление ровно, — его светлость вообще больше не приедет.
Его никогда здесь не будет.
Расчесав волосы Лили и убрав драгоценности, Сьюзен пожелала спокойной ночи и ушла.
Свернувшись калачиком под одеялом, Лили попыталась уснуть, но сон не шел к ней, а кровать была слишком большой и слишком пустой. Мозер запрыгнул к ней, и его мурлыканье в темноте и тишине было успокаивающим. Скользя пальцами по шерстке, она гладила его, прижималась щекой к шелковистой шкурке, благодарная ему за утешение.
Час проходил за часом, а воспоминания все прокручивались у нее в голове: вот Итан и Амелия Додд вместе ужинают и танцуют; вот его мать обращается ко всем с широкой улыбкой на лице, делая свое ужасное объявление.
Помолвлены. Итан и та девушка должны пожениться.
И как же давно это планировалось? — спрашивала она себя. Неужели он обо всем договорился с другой, даже когда спал с ней? Или это соглашение было заключено давно? Быть может, еще в детстве, еще даже до рождения Амелии Додд? Может, поэтому он не придавал ему значения? И не ожидал, что его мать объявит сегодня о помолвке?
А как же то давнишнее предложение, сделанное ей?
Ложь. Сплошная ложь. Он хотел заполучить ее к себе в постель и сделал все, чтобы этого добиться. Возможно даже, предлагая ей замужество, он знал, как она относится к браку, уверенный, что его предложение будет отвергнуто. А может, использовал эту уловку, чтобы убедить ее, какой он «благородный», заставить ее раскрыть ему душу.
А ведь она доверилась ему всем сердцем. Крепко прижав кулаки к груди, Лили лежала, устремив взгляд в темноту.
Когда первые лучи рассвета проникли в комнату, она встала, чтобы открыть шторы. Набросив халат, пошла в гардеробную, чтобы найти пустую шляпную коробку. С коробкой в руке вернулась в спальню, прошла к комоду, который Итан использовал в качестве туалетного столика, и стала швырять вещи в коробку.
Его бритва отправилась туда первой, затем кожаный ремень для правки бритв. Потом пришла очередь помазка и мыла, резной расчески из слоновой кости и пары круглых щеток с серебряными ручками и выгравированными на них его инициалами. Пустая визитница присоединилась к этому набору вместе с зубной щеткой, зубным порошком, цепочкой и ключом для часов. Горсть монет со звоном посыпалась на дно коробки, забренчав, когда она положила сверху маленькую коробочку с двумя украшенными драгоценными камнями булавками для галстука. К ней присоединились кусок сургуча и спичечный коробок.
Закончив с туалетными принадлежностями, она прошагала к высокому платяному комоду и рывком выдвинула ящик. Схватив стопку аккуратно сложенных галстуков, сунула ее в коробку. Носовые платки, носки и пара пряжек для туфель отправились следом. Три пары перчаток были всунуты в оставшиеся пустыми места, за ними последовала пижама, которую он никогда не надевал. Отставив в сторону переполненную коробку, она начала швырять одежду на кровать.
Дверь спальни открылась, когда она выкладывала стопку шерстяных подштанников.
— Вы проснулись, мэм? — тихо спросила служанка. Половая доска тихонько скрипнула, когда она на цыпочках вошла в комнату. — Я услышала шум и подумала, что надо пойти посмотреть… Господи помилуй!
Лили бросила быстрый взгляд через плечо, неся целую охапку рубашек.
— Как хорошо, что ты пришла. Поможешь мне закончить с упаковкой всего этого. Судя по всему, нам понадобятся еще по крайней мере две коробки. — Задвинув один ящик, она выдвинула другой, обнаружив в нем два аккуратно сложенных сюртука и три пары брюк. Схватив их, швырнула поверх растущей кучи одежды на кровати. Потрясенно вытаращив глаза, служанка застыла в центре комнаты.
— Принеси коробки, Сьюзен.
Тихое напоминание Лили возымело желаемый эффект. Девушка кивнула и бросилась исполнять поручение. Немного погодя она вернулась, неся две большие картонные коробки, прекрасно подходящие для одежды. За время ее отсутствия куча одежды на кровати выросла. К ней добавились две подбитые шелком бобровые шляпы, пара вечерних туфель и эбеновая трость с золотым набалдашником в форме львиной головы.
Она как-то пошутила по поводу этой трости, сказав Итану, что эта вещь символизирует его самого, ибо он ее сильный, красивый, золотой лев. Сжав губы, она пренебрежительно