Смерть по сценарию

положении…
— Значит, был у них друг в друге какой-то интерес.
— А с Верой Валентиновной Клишин друга свел?
— А кто еще? И эту Соню тоже.
— Сколько ему лет?
— К сорока.
— А чем занимается?
— У него небольшое издательство.
— Это уже интересно. А доходы?
— Были стабильными. Кризис, ясное дело, никого не оставил в стороне.
— Обанкротился?
— Да не совсем. Живет, дышит.
— Слушай, а сестра не у него, случайно, работает?
— Как раз именно случайно у него.
— Ну точно — семейное дело. А машина у Демина есть?
— При таких доходах и без машины? Смеешься
— Какая тачка?
— Тачку пока не видел.
— Михин, а Веру Валентиновну ты можешь прижать: я краем уха слышал, как один мужик рассказывал историю о том случае, когда едва не зацепил бампером вишневые «Жигули» четвертой модели на обочине у дома Клишина. И было это, похоже, именно четвертого июня.
— Вот сволочь, ничего ведь не сказал.
— Да жена у него пугливая, велела: «Молчи, Петя, а то затаскают». Он и промолчал.
— Значит, была Самойлова там?
— Несомненно.
— Ну я теперь с нее не слезу: вызову в прокуратуру, и пусть покрутится.
— Да, Гончаров в больнице с инфарктом, — вспомнил Алексей и тут же вспомнил и про другое: обещал Наде приехать в больницу, да так и не узнал, где лежит ее дядя. — Черт, сколько там времени? Половина одиннадцатого? Забыл.
— Что?
— В больницу съездить. Ты у профессора в пятницу был?
— В пятницу? С утра был.
— С утра? О чем говорили?
— А что?
— Ты его в каком состоянии оставил?
— В нормальном.
— Про Аллу рассказывал?
— Просто пытался выяснить, ездил он в тот вечер к Клишину или нет.
— Ездил. Это сам Клишин зачем-то позвонил и сказал, что Алле плохо, будто она лежит у него на даче и срочно хочет, чтобы муж отвез ее домой.
— Откуда знаешь?
— Есть соседка, к которой Павел Андреевич ходил звонить в восемь часов, она слышала разговор.
— Откуда тебе все это известно? Машина Самойловой, соседка с телефоном…
— В очереди у автолавки постоял. Не травил Клишина Гончаров, я уверен.
— Да мне тоже показалось, что профессор просто полоумный. Но снотворное.
— У них в доме в четверг с утра толпа была. Любой мог подложить пузырек.
— Кто любой?
— Так ты говорил про Аллу или нет?
— Нет. Что я, дурак — старикана добивать? Ну, покрутился и ушел, а он уткнулся обратно в свои бумажки.
— Значит, еще кто-то был. Доброжелатель. Я завтра с Надей поговорю, а ты узнай все про Демина, особенно про машину.
— Далась тебе эта тачка. Свою сменить собрался, что ли?
— Ага, завтра побегу. Ты опять с работы звонишь?
— Я же говорю, что ты пророк. Предреки мне завтрашний день, всесильный маг и чародей Леонидов.
— Я до полуночи не гадаю, звоните ближе к появлению Венеры на небосклоне.
— Венеры? Да у тебя, похоже, душа не на месте, раз все о бабах, нет чтобы Марса какого-нибудь помянуть. Жаль. Мне жена твоя понравилась.
— Чего? Когда это ты успел ее рассмотреть?
— Хорошего человека сразу видно. Так тебе звонить?
— Лучше подъезжай с подробностями биографии, люблю занимательное чтение серии «ЖЗЛ».
— Ждите.
— Давай.
Алексей не успел обдумать неожиданное родство Любови Николаевны с загадочным Пашиным другом, как снова зазвонил телефон. Этого звонка он ждал, но все равно поморщился, когда услышал в трубке Сонин голос:
— Прячешься, Леша?
— Мы уже поговорили позавчера.
— Твоя секретарша меня пять раз отсылала.
— Мало.
— Думаешь, так просто от меня избавиться?
— На работе работают.
— А домой можно звонить?
— После того, что ты устроила моей жене…
— Ну, разозлилась. Нечего было лезть
— Я люблю жену.
— Да? Врешь. Никто не любит жен.
— Любят. Я собираюсь прожить с ней длинную хорошую жизнь и тебя из нее просто выкину, потому что ты всего лишь молодая смазливая дрянь. Не звони.
— Согласна. Одна услуга.
— Какая?
— Скажи Михину, чтобы он не лез к матери с этим завещанием.
— Что?!
— Что-что. Пусть не копает, Пашина Любочка никаких претензий на наследство предъявлять не будет, завещания нет, копия вряд ли всплывет, если никто не подсуетится.
— Зачем тебе это нужно?
— Я думала замуж удачно выйти, а не получается. У Демина, похоже, другая, я на днях ей займусь, но он, сволочь, даже телефонный номер сменил.
— Как я его понимаю. Мне тоже это сделать?
— Я сказала, что тебе надо сделать.
— Твою мать завтра в прокуратуре будут допрашивать, пусть лучше