Писатель Павел Клишин найден на даче мертвым. Что это: самоубийство, несчастный случай или умышленное убийство? Собственное расследование проводит бывший сотрудник уголовного розыска Алексей Леонидов. Главы рукописи погибшего писателя то приоткрывают завесу тайны, то, наоборот, ведут по неверному пути. Понять, что же в действительности произошло в доме писателя, можно лишь собрав все страницы рукописи.
Авторы: Андреева Наталья Вячеславовна
посидеть на солнышке. Был вечер, отбой еще не объявили, врачи давно ушли, и персонал предоставил пациентов самим себе и свежему воздуху.
«Господи, хочу умереть молодым», — в отчаянии подумал Алексей, глядя на больничные будни, и тут увидел, как из дверей выходит Надя. Она нерешительно замерла, когда увидела Леонидова, и только спросила удивленно:
— Вы?!
— А кто должен быть?
— Санитарка сказала — жених.
— Я и не утверждал, что жених.
— Но похоже, и не отрицали?
— Надя, давайте в скверик пойдем? Все туда тянутся, может, там и на самом деле хорошо? Не могут же люди так жестоко ошибаться?
— Им деваться некуда. Я вообще-то с дядей сижу.
— А мне сказали, что мама ваша приехала.
— Да, приехала.
— Так можно отойти? Сколько вы не спали?
— Не все ли равно?
Но она пошла с Алексеем на улицу, выйдя из дверей, зажмурилась от яркого еще солнца и стала тереть глаза. Алексей полез в верхний карман пиджака:
— У меня очки солнцезащитные есть, хотите?
— Спасибо. — Она неуверенно взяла, очки с нее почти свалились, похожие на огромные, выпуклые глаза стрекозы на этом тонком, худеньком лице. — Смешно?
— Я же не жених, для меня не обязательно быть всегда привлекательной.
Они прошли в больничный садик, где стояли выцветшие лавочки, но лавочки были заняты, даже те, что на солнце, больные оживленно беседовали с родственниками о состоянии своих организмов, количестве сделанных процедур и видимых улучшениях, по словам доктора. Каждый хотел верить, что не зря здесь лежит летом, да еще в такую погоду, только мысль о том, что надо, иначе крышка, держала все эти халаты, тапочки и пижамы в повиновении у батальона врачей, палатных сестер и санитарок. Леонидов углядел поваленное дерево, чахлое, как все и вся вокруг, но вполне пригодное для сидения.
— Пойдемте посидим?
Они прошли туда, сели поближе к густым веткам, чтобы не так пекло солнце.
— Как дядя?
— Плохо. Если и выживет, то парализует по крайней мере всю левую сторону. Алексей Алексеевич, зачем вы пришли?
— Хотите грушу? Только они немытые. Бананы можно есть, они внутри стерильные, или есть место где можно помыть фрукты?
— Я банан съем. — Надя отщипнула от грозди тот, что пожелтее, стала не спеша его очищать. От солнышка и свежего воздуха она почти задремала, сидела на дереве, поджав ноги, словно курица на насесте, и в огромных леонидовских очках ей, наверное, казалось, что уже ночь.
— Надя, Михин утром приходил к вашему дяде, а вечером был кто-то другой. Честное слово, Игорь не такой уж плохой.
— Хороший. — Она проглотила кусок банана. По ее нежному горлу с трудом прокатился ком. — Почему люди друг другу не верят?
— Потому что правда иногда такая некрасивая, а ложь такая правильная, и у нее так много оправданий, что первой намного меньше, чем второй.
— Вы тоже лжете?
— Лгу, Надя. Я человек.
— Значит, нет хороших людей, ну, целиком хороших, которым можно просто верить?
— Есть, наверное, но как их отличить?
— Ну а что во мне так не нравится?
— Почему вы решили, что не нравится?
— Потому что меня подозревают.
— А почему вы три года выносили такую жизнь? Почему надо было терпеть теткины выходки, а не уйти просто в общежитие и не пожить самостоятельно?
— Из-за дяди.
— Это вы себя так оправдываете. В позиции жертвы легче быть хорошей, атакующий человек симпатий не вызывает, атака — это агрессия, которая вызывает инстинктивный страх.
— Хорошо, меня учили уважать старших, у меня нет сил с вами спорить, тем более в таком состоянии.
— Простите.
— Спрашивайте, что хотели, хотя не понимаю, вам-то все это зачем?
— Сначала понимал зачем, теперь не знаю. Скажите, а за кого вы замуж собрались?
— Это так важно для следствия?
— Но я же не следствие.
— А с чего тогда так интересует моя личная жизнь?
— Хорошо, тогда скажите, чья была та визитка, что вы в машине у меня забыли?
Она покраснела:
— Визитка? Вы ее нашли?
— Не я, к сожалению.
— Жена? — испугалась Надя. — Там мое имя было написано. У вас жена умная, Алексей Алексеевич? Наверное, спрашивать обо мне стала, когда визитку нашла?
— Нет, визитку нашла одна странная девушка, которая почему-то едва не взбесилась из-за этого клочка бумаги.
— Если рассказывать про визитку, надо рассказать про все.
— Начните с имени. Как его зовут?
— Демин. Максим Демин.
«Все. Замкнулся круг, хотя это тривиально так думать», — вздохнул про себя Алексей.
— Он был знаком с Аллой?
— Да, их Павел познакомил примерно полгода назад. Мне показалось, что он хочет
