Это — новое дело Аниты Блейк, охотницы за `преступившими закон` в городе, где рядом с людьми обитают оборотни и вампиры, некроманты и чернокнижники… Но — похоже, простое дело о Мастере вампиров, не желающем больше пить человеческую кровь,
Авторы: Гамильтон Лаурелл К.
и добываешь внутреннюю информацию насчет монстров?
Я сделала глубокий вдох и медленный выдох.
– Иногда.
– Ты должна была мне сказать, Анита.
– С каких это пор я должна докладывать в полицию о своей личной жизни?
Он только смотрел, ничего не говоря.
Я опустила глаза и стала рассматривать собственные руки. Потом подняла взгляд, и смотреть в глаза Дольфа оказалось трудно – труднее, чем мне бы хотелось.
– Что ты хочешь от меня услышать, Дольф? Да, меня тоже смущает, что один из моих кавалеров – монстр.
– Так брось его.
– Поверь мне, Дольф, будь это так легко, я бы это сделала.
– Как я могу тебе доверять твою работу, Анита? Ты же спишь с врагом.
– Почему все считают, что я с ним сплю? Неужели никто на свете, кроме меня, не может с кем-то встречаться, не ложась в постель?
– Извини за допущение. Но сама понимаешь, что такое допущение сделают многие.
– Знаю.
Открылась дверь – это вернулся Грили. Его глаза отметили снятые наручники, кофе на столе.
– Ведете светскую беседу?
– Как прошло заявление для прессы? – спросил Дольф.
Грили пожал плечами:
– Я им сказал, что миз Блейк сейчас допрашивают об обстоятельствах происшествия. Сказал, что вампиры здесь не замешаны. Не уверен, что они это съели. Продолжают добиваться разговора с Истребительницей. Это так они называют подружку Принца города.
Тут я вздрогнула. Как бы ни была успешна моя карьера, а в прессе я окажусь миссис Жан-Клод. Он куда фотогеничнее меня.
Дольф встал и сказал:
– Я забираю Аниту.
Грили ответил ему тяжелым взглядом:
– Я так не думаю.
Дольф поставил кофе на стол, встал и подошел вплотную к детективу. Голос он понизил, слышен был только хриплый шепот.
Грили покачал головой – “нет”.
Еще шепот. Грили посмотрел, на меня злобно.
– Ладно, но она вернется в участок еще до утра, иначе это вам припекут задницу, сержант.
– Она вернется, – сказал Дольф.
Риццо смотрел на нас во все глаза.
– Вы ее отсюда увозите – и не в участок?
Даже я услышала обвинение в этом голосе.
– Таково мое решение, Риццо, – прорычал Грили. – Тебе ясно?
Каким-то образом Дольф взял верх в сравнении рангов, и Грили это не нравилось. Если Риццо хочет подставиться, чтобы на нем сорвали злость, – флаг ему в руки.
Риццо слинял обратно к стене, но восторга не выразил.
– Ясно.
– Уводите ее, – сказал Грили. – Попробуйте черным ходом. Но не знаю, как вы уйдете от камер.
– Прорвемся, – ответил Дольф. – Пошли, Анита.
Я поставила чашку на стол.
– В чем дело, Дольф?
– Хочу, чтобы ты взглянула на одно тело.
– Подозреваемая в убийстве используется в расследовании другого дела? А начальство не будет писать кипятком?
– Я согласовал, – сказал Дольф.
Я посмотрела на него большими глазами:
– Как?
– Лучше тебе не знать.
Я глядела на него, он на меня, и я первой отвела глаза. Почти всегда, когда мне говорят, что мне лучше не знать, я понимаю это совсем наоборот. То есть что мне лучше знать. Но есть горстка людей, которым я в этом вопросе верю. Дольф один из них.
– Ладно, поехали, – сказала я.
Дольф позволил мне смыть с руки засохшую кровь, и мы поехали.
Я не склонна к пустой болтовне, но по сравнению с Дольфом у меня просто недержание речи. Мы ехали в тишине по шоссе № 270, только шины шуршали по дороге да гудел двигатель. Либо Дольф отключил радио, либо сейчас никто в Сент-Луисе не совершал преступлений. Я бы поставила на первое. Одно из преимуществ работы детектива спецподразделения – нет необходимости все время слушать радио, потому что большинство вызовов тебя не касается. Если Дольф кому-то будет нужен, его всегда можно найти по пейджеру.
Я попыталась держаться, чтобы Дольф заговорил первым, но через пятнадцать минут сдалась.
– Куда мы едем?
– Клив-Кер.
У меня брови поехали вверх.
– Слишком шикарное место для противоестественного убийства.
– Ага.
Я ждала продолжения. Его не было.
– Ладно, спасибо, что просветил меня, Дольф.
Он мельком глянул на меня и снова стал смотреть на дорогу.
– Через несколько минут будем на месте, Анита.
– Терпение никогда не было моей сильной стороной, Дольф.
У него задергались губы. Потом он улыбнулся. И наконец расхохотался – коротко, резко.
– Да уж!
– Рада, что смогла поднять настроение, – сказала я.
– С тобой всегда хорошо посмеяться, Анита, когда ты никого не убиваешь.
Что сказать на это, я не знала. Слишком уж это было близко к правде, пожалуй. В салоне
