Бывший спецназовец Еремей Варнак служит телохранителем у чиновника высокого ранга. Получив тяжелое ранение, он оказывается при смерти. Вызванный из леса колдун-леший спасает героя…
Авторы: Прозоров Александр Дмитриевич
ослабляет, и повелители перестают чувствовать раздражение от близости сородичей. В эти дни и решаются самые сложные вопросы. Все прочее время боги живут по одному, и лишь ненадолго могут встретиться с кем-то из привычных соседей. Пиво, экстези и толкучка в ночных клубах их не прельстит. Это может нравиться только тухлым сельдям в бочке.
— И никакие мы не рыбы! — вспыхнула Дамира. — Генетики, между прочим, доказали, что люди и шимпанзе на девяносто девять процентов одинаковы.
— Боже мой, где ты набралась такой чуши?! — поперхнулась вином Геката. — Тебя сто лет держали в нафталине?
— А что, не так? — вскинула брови археологиня.
— Эта побасенка, про девяносто девять процентов, гуляла лет пятьдесят назад, когда старикашки из третьесортных институтов пребывали в уверенности, что молодая наука генетика станет с визгом и радостью подтверждать их ветхие теории, — вместо «деловой» широко улыбнулась Дамире «лягушонка». — Но получилось-то все с точностью до наоборот. Как только начались серьезные исследования, тут же выяснилось, что из двух тысяч проверенных генов тысяча четыреста восемнадцать у человека и шимпанзе разные![22] То есть как минимум шесть с половиной процентов отличий. После этого иезуиты вбухали кучу денег, чтобы вернуть эволюционного родственника в семью, но стало только хуже. Разница прыгнула до десяти процентов и продолжает расти, окончательно переместив обезьян из числа «ближайших родственников» в ряды «прочих животных», куда-то между крысами и асцидиями.[23]
— Не может быть… — Дамира дернула плечом, скидывая руку нуара, схватилась за телефон.
— Милая, а на часы ты когда последний раз смотрела? — ласково поинтересовалась Геката.
— Пять утра?! Надо же… Да, сейчас лучше не звонить, — отложила трубку археологиня. — Проверю потом.
— Ты лучше ответь, отчего это вдруг в организме человека и обезьян белковый состав на семьдесят с лишним процентов различается? Они ведь, вроде как, должны быть с одной планеты? Почему строение организмов разное? Генетики тебе об этом как — не сказывали?
— Откуда ты об этом знаешь, Геката?
— Вообще-то, я богиня мудрости, если ты еще не забыла, — рассмеялись «деловая» ипостась и «лягушонка». Толстуха, скорее всего, спала в соседней комнате, точно так же, как спал под диваном Вывей, позволяя своей человеческой половине сохранять бодрость. Челеби и фария могли обходиться без сна сколь угодно долго. А вот сколько еще протянут за столом смертная с нуаром, было неизвестно.
— Если ты такая умная, тогда скажи, сколько общих генов у человека с дельфином? — нашлась археологиня.
— Столько же, сколько с обезьяной! У дельфина сорок четыре хромосомы, у человека сорок шесть, у шимпанзе сорок восемь. Налицо прямая эволюционная линия развития от китов к обезьянам, — ехидно хмыкнула «деловая». — Но только не забывай: я богиня мудрости, а не справочник по переменным величинам. Я указываю путь, а не рассыпаю готовые ответы. К сожалению, ваши стайные инстинкты, деточка, на корню истребляют любые научные начинания. Четыре раза! Четыре раза я пыталась приучить смертных к познанию мира. И каждый раз после короткого всплеска любопытства все превращалось в тупоголовую, бессмысленную грызню за приоритеты и старшинство, за табель о рангах, за место в стаде. Вот и твоя генетика… Иезуиты хотят доказать, что бог сотворил Вселенную и человека через эволюцию, от Большого взрыва и до нынешних смокингов и кофе с коньяком, экклезиасты вполне справедливо подозревают их в подтасовке фактов, посторонние в этой сваре ничего не понимают, а на реальное происхождение нашего мира всем наплевать. Для ваших рыбьих мозгов самое главное — оказаться сверху, а не найти истину!
— Неправда! — вскинулась Дамира, вовремя вспомнив одну из бесед со слащавым монахом. — Есть еще профессор Алистер Харди! Он аж пятьдесят лет назад доказал, что человек из воды произошел![24] У него еще институт то ли в Оксфорде, то ли в Кембридже…
— Ну и как, — широко улыбнулась лягушонка, — открытие заценили? Или остепененные смертные по-прежнему бьются за место в старой стае, соревнуясь, кто лучше обоснует библейскую теорию? Ведь старая стая больше и круче, находиться в ней даже мелким дураком приятнее, нежели реально искать истину. Инстинкты, дитя мое, инстинкты. Все вы жалкие жертвы стайных инстинктов, и даже не замечаете, какие дикие противоречия сидят в ваших мозгах. Вы веруете во множественность миров — но не верите в появление инопланетян, вы веруете в эволюцию — но не верите в происхождение от лемуров, вы веруете в древность пирамид — но не верите в возможность высокоразвитых древних цивилизаций. А все почему? Потому что ощущать принадлежность
