Это — приключения Аниты Блейк. Приключения отчаянной охотницы на «народ Тьмы» — вампиров, вервольфов, зомби и черных магов. Охотницы на «ночных охотников», нарушивших закон. Охотницы на убийц — неумерших и бессмертных… Смерть умеет смеяться. У смерти — нехорошая улыбка. Безумная улыбка зомби, восстающих из могилы, чтобы нести гибель живым.
Авторы: Гамильтон Лаурелл К.
намерена ее остановить, Мэнни. И решила, что она должна об этом знать.
– Никогда не передавай противнику первый ход, Анита. Я же тебя учил.
– Еще ты меня учил, что человеческое жертвоприношение – это убийство.
– Это жестоко, Анита, – сказал он.
– Да, – сказала я. – Это жестоко.
– Ты должна быть готова, Анита. Она пошлет какую-нибудь тварь. Просто чтобы тебя пугнуть – вряд ли, чтобы убить.
– Потому что ты заставил меня признать, что я не хочу убивать ее?
– Нет. Потому что на самом деле она не верит, что ты ее убьешь. И она заинтересована в твоих способностях. Я думаю, она предпочла бы перетянуть тебя на свою сторону, чем прикончить.
– Подключить меня к своему конвейеру по производству зомби?
– Да.
– Только не в этой жизни.
– Сеньора не привыкла, чтобы ей говорили “нет”, Анита.
– Это ее трудности.
Он бросил на меня быстрый взгляд, потом вновь стал смотреть на дорогу.
– Она сделает это твоими трудностями.
– Как-нибудь справлюсь.
– Я на твоем месте не был бы так уверен.
– А я и не уверена. Но что ты хочешь – чтобы я билась в истерике? Я буду думать об этом, когда какая-нибудь тварь влезет в мое окно. Если это, конечно, случится.
– Ты не в состоянии справиться с Сеньорой, Анита. Она могущественна – гораздо более могущественна, чем ты можешь себе представить.
– Она меня напугала, Мэнни. Я этого не забыла. Если она натравит на меня кого-то, с кем я не справлюсь, я дам деру. Годится?
– Не годится. Ты не знаешь, ты просто не знаешь…
– Я слышала эту тварь в коридоре. Я чувствовала ее запах. Конечно, я испугалась, но Доминга – простая смертная, Мэнни. Весь зомбизм-момбизм не спасет ее от пули.
– Пуля может сразить ее, но не уничтожить.
– Что это значит?
– Если ее застрелить – скажем, в голову или в сердце – и она покажется мертвой, я бы обошелся с ней, как с вампиром. Отрезать голову, вырезать сердце. Тело сжечь. – Он искоса поглядел на меня.
Я ничего не сказала. Мы обсуждали, как лучше убить Домингу Сальвадор. Она ловила души и помещала их в трупы. Это было мерзко. Скорее всего она нападет на меня первой. Какой-нибудь сверхъестественный борец за справедливость проберется в мой дом. Она злобная баба и постарается, напасть первой. Будет ли считаться убийством, если я устрою ей засаду? Угу. Остановит ли меня это соображение? Я подождала, пока мысль оформится в моей голове. Покатала ее, как леденец на языке, чтобы распробовать. Не-е, не остановит.
Мне должно было бы стать не по себе – ведь я планирую убийство и даже не морщусь. Но мне не было не по себе. Наоборот, мне было приятно знать, что если она меня прищучит, я могу прищучить ее в ответ. Кто я такая, чтобы бросать камень в Мэнни за преступления двадцатилетней давности? И действительно – кто я такая?
Была середина дня. Мэнни молча высадил меня у подъезда. Он не попросил разрешения войти, и я не предложила. Я все еще не знала, что мне думать о нем, о Доминге Сальвадор и неразлагающихся зомби, начиненных душами. Я решила пока вообще ничего не думать. Сейчас мне как никогда была необходима хорошая физическая нагрузка. И – вот ведь удача – как раз сегодня у меня занятие по дзюдо.
У меня черный пояс; впрочем, звучит это гораздо внушительнее, чем есть на самом деле. В школе, где есть правила и рефери, я неплохо дерусь. Но в реальном мире, где плохие парни обычно тяжелее меня на сотню фунтов, я больше доверяю оружию.
Я уже собиралась выходить, когда прозвенел звонок. Поставив набитую всякой всячиной спортивную сумку у двери, я посмотрела в глазок. Для этой цели мне всегда приходится вставать на цыпочки.
Искаженное оптикой лицо, которое я увидела, было белокурым, светлоглазым и смутно знакомым. Это был Томми, мускулистый телохранитель Гарольда Гейнора. Да, денек становится все лучше и лучше.
Я обычно не беру оружие на занятия по дзюдо. Если они проходят днем. Летом в это время светло. Настоящая опасность начинается только после наступления темноты. Я отвернула край красной фуфайки, на которую сменила розовый топ, и снова нацепила свою внутрибрючную кобуру. Карманный пистолет калибра 9 мм слегка врезался в тело. Если бы я знала, что он мне понадобится, надела бы джинсы посвободнее.
Звонок зазвонил снова. Я не отзывалась: может, Томми решит, что меня нет? Но он не решил. Он позвонил в третий раз, надавив кнопку звонка плечом.
Я глубоко вздохнула и открыла дверь. Светло-голубые глаза Томми были по-прежнему пустыми, мертвыми. Полное отсутствие выражения. Интересно, он родился с таким взглядом или это результат долгих тренировок?
– Чего тебе надо? – спросила я.
Он скривил губы.
