Это — приключения Аниты Блейк. Приключения отчаянной охотницы на «народ Тьмы» — вампиров, вервольфов, зомби и черных магов. Охотницы на «ночных охотников», нарушивших закон. Охотницы на убийц — неумерших и бессмертных… Смерть умеет смеяться. У смерти — нехорошая улыбка. Безумная улыбка зомби, восстающих из могилы, чтобы нести гибель живым.
Авторы: Гамильтон Лаурелл К.
Мои пингвины были все испачканы кровью и ошметками мяса. Смогут ли многострадальные работники службы быта их вычистить? С моей одеждой они управлялись довольно неплохо.
Пули, которыми я заряжала браунинг, не пробивают стены. Это вторая причина, по которой я предпочитаю именно их. Моим соседям не угрожает опасность быть случайно застреленными. Но пули полицейских превратили стену спальни в решето. Аккуратные дырочки были повсюду.
Меня еще ни разу не пытались убить в моем жилище: это не по правилам. У себя в кровати ты должен быть в безопасности. Знаю-знаю. У плохих парней нет правил. Еще и поэтому их называют плохими парнями.
Я знала, кто послал этих зомби. Дело за малым – найти доказательства. Господи, всюду кровь. Кровь и куски полуразложившегося мяса. Я давно привыкла к этому запаху. Но к такой вони… Вся квартира воняла. У меня лома почти все было белым: стены, ковер, кушетка, стулья. На белом фоне пятна крови казались яркими, как свежие раны. Дырки от пуль и трещины в штукатурке отлично гармонировали с ними.
Квартира разгромлена. Хорошо бы найти доказательства, что это Доминга, а потом, если повезет, отплатить ей той же услугой.
– Как аукнется, так и откликнется, – прошептав я, ни к кому конкретно не обращаясь. Слезы жгли мне глаза. Я не хотела плакать, но горло мне жег готовый вырваться крик. Что лучше – кричать или плакать? Наверное, все-таки плакать.
Прибыли санитары. Невысокая чернокожая женщина, на вид моя ровесница, подошла ко мне:
– Давай, милая, посмотрим, что тут с тобой стряслось. – Голос у нее был нежный, как и руки, уводящие меня от картины кровавой бойни. Я даже не возражала против того, что она называет меня “милая”.
Мне ужасно хотелось уткнуться в чьи-нибудь колени и чтобы меня утешали. Мне это было необходимо. Но недоступно.
– Милая, надо взглянуть, насколько серьезно кровотечение. А потом мы поедем в больницу.
Я покачала головой и словно издалека услышала собственный невозмутимый голос:
– Это не моя кровь.
– Что?
Я посмотрела на нее. Перед глазами у меня все расплывалось. Последствия шока. Обычно я держусь лучше, но и на старушку бывает прорушка.
– Это не моя кровь. У меня укус на плече, и все.
Похоже, она не поверила. Я ее не винила. Если люди видят, что ты весь в крови, разумеется, они вправе предположить, что часть этой крови – твоя. Они не учитывают, что имеют дело с крутой потрошительницей вампиров и аниматором трупов.
Слезы опять подступили к глазам. Все мои пингвинчики заляпаны кровью. Черт с ними, со стенами и ковром. Их можно отремонтировать и заменить. Но эти чертовы игрушки я собирала годами. Я позволила санитарке увести меня. Слезы стекали у меня по щекам. Я не плакала, у меня просто слезились глаза. У меня слезились глаза, потому что все мои игрушки были испачканы кровью зомби. О Боже!
Я достаточно часто выезжала на место преступления, чтобы знать, чего ожидать. Это как пьеса, которую слишком часто смотрел. Я могу расписать все выходы, проходки и мизансцены. Только на этот раз все было иначе. Потому что это был мой дом.
Глупо обижаться, что Доминга Сальвадор хотела убить меня в моей собственной квартире. Глупо, но все же мне было обидно. Она нарушила правило. Правило, о существовании которого я даже не подозревала. Нельзя убивать хорошего парня в его собственном доме. Вот черт.
За это я собиралась прибить ее шкуру к дереву. Да, я и кто еще? Ну, может быть, я и полиция.
Горячий ветер шевелил занавески в гостиной. Стекло было разбито выстрелами. Я была рада, что успела подписать двухгодичный договор на аренду. По крайней мере, меня не выпихнут из квартиры.
Дольф сидел напротив меня в моей маленькой кухне. Рядом с ним стол для завтрака и два стула казались игрушечными. Дольф просто заполонил собой кухню. А может быть, я сама этой ночью чувствовала себя слишком маленькой. Или уже утро?
Я поглядела на часы. Стекло было заляпано липкой темной массой. Невозможно разглядеть циферблат. Проклятие. Я сунула руку назад под одеяло, которое мне дала санитарка. Меня знобило, и даже мысль об отмщении была не в силах меня согреть. Ничего, потом я согреюсь. Потом я повеселюсь. А сейчас я была просто рада, что осталась в живых.
– Ну, Анита, что произошло?
Я поглядела через дверь на гостиную. Она уже почти опустела. Зомби убрали. Сожгли прямо на улице, ни больше, ни меньше. Аттракцион для всей округи. Семейное Развлечение.
– Можно мне переодеться, прежде чем я сделаю заявление?
Мгновение Дольф смотрел на меня, потом кивнул.
– Чудесно. – Я встала и пошла в ванную, тщательно придерживая одеяло. Мне не хотелось, чтобы оно случайно упало.
