Сначала свадьба

волшебным образом: он внезапно почувствовал мужскую ответственность и уверенность в собственных силах. Молодой орел расправил крылья. И в то же время остался тем же пылким мальчиком.
– Так вот. – Стивен снова встал и обвел сестер сияющим взглядом. – Мы все вместе отправляемся в Уоррен-Холл. Ты, Кейт, дебютируешь в светском обществе. А ты, Несси, снова будешь жить с нами. О, как здорово! – Он радостно потер ладони и крепко обнял Кэтрин.
Сестры молча смотрели на брата, все еще не до конца осознавая происходящее.
Виконт Лингейт поднялся с кресла.
– Мы покинем вас, чтобы дать возможность привыкнуть к мысли, – сказал он, – но вернемся днем, чтобы обсудить кое-какие детали отъезда. Медлить нельзя.
Маргарет тоже встала.
– Медлить мы не будем, милорд, – твердо произнесла она. – Но не ждите, что соберемся завтра или в ближайшие дни. Выедем, когда сможем. Мы провели в Трокбридже всю жизнь, и корни наши так же глубоки, как, возможно, и ваши у вас дома. Так что потребуется время, чтобы их не повредить.
Виконт Лингейт и его спутник откланялись и покинули дом.
В гостиной воцарилось молчание.
– Граф Мертон, – наконец произнес Стивен. – Ущипните меня кто-нибудь.
– Только если ты сначала ущипнешь меня, – первой отозвалась Кейт.
– О Боже, и меня, – прошептала Маргарет, все еще стоя посреди гостиной и оглядываясь по сторонам. – С чего же начинать?
– Может быть, с самого начала? – предложила Ванесса.
– Если бы знать, где оно, – едва не плача, пожаловалась сестра.
И здесь вновь заговорил Стивен. Он уже успел прийти в себя: лицо порозовело, а в глазах вспыхнула обычная энергия.
– Слушайте! – воскликнул он. – Понимаете, что все это означает? Это означает, что мне незачем ждать окончания университета, а возможно, и еще много лет, чтобы сделать все, что я мечтал сделать в жизни. Не надо ждать, пока смогу вас обеспечить. Не надо ждать ни минуты. Я – граф Мертон, владелец огромного состояния. Богатый человек. Могу дать вам новый великолепный дом и новую великолепную жизнь. Ну а что касается меня самого… ну…
Ему явно не хватало слов.
– О Стивен, – нежно проворковала Кэтрин.
Ванесса до боли прикусила губу.
Маргарет залилась слезами.

На сборы ушло шесть дней. Шесть дней виконт и его секретарь изнывали в скромной деревенской гостинице.
За это время солнце не выглянуло ни разу, зато непрестанно моросил ледяной дождь, словно специально выжидая, когда они выйдут на улицу. Шесть дней обедов, ужинов и неожиданных визитов в самое неподходящее время неизменно гостеприимного и жизнерадостного сэра Хамфри Дью. Шесть дней невольного наблюдения за тем, как сонная английская деревня реагирует на ошеломляющую новость: один из ее жителей неожиданно унаследовал графский титул, поместье, земельные угодья и состояние.
Шесть дней нетерпеливого раздражения в ожидании отъезда.
Шесть дней тоски по Анне и ноющей боли неудовлетворенного вожделения.
Казалось, прошло шесть недель.
Или шесть месяцев.
Три дня спустя после первого визита в дом семейства Хакстебл виконт случайно встретился с Ванессой Дью.
Они с Джорджем ехали в Рандл-Парк в ответ на одно из приглашений к обеду и встретили миссис Дью возвращающейся домой, очевидно, от сестер. Эллиот спешился, отправил Джорджа вперед, поручив ему свою лошадь, и спросил себя, готовы ли секретарь и сама миссис Дью оценить по достоинству импульсивное проявление галантности. Несколько минут разговор крутился вокруг погоды, которая упрямо оставалась холодной и казалась еще холоднее из-за полного отсутствия солнца и постоянного ветра, который почему-то всегда дул в лицо, независимо от того, в каком направлении вы шли. Ванесса спрятала руки в муфту, а виконт спросил себя, не пора ли перейти к прогнозам на лето, если оно вообще когда-нибудь наступит.
От подобных разговоров хотелось или заскрипеть зубами, или завыть. Холодный воздух окрасил румянцем щеки спутницы, заодно прихватив и нос. В результате пришлось с неохотой признать, что выглядела она по-сельски бодро, хотя и не отличалась красотой.
Однако разговор о погоде, судя по всему, наскучил и ей.
– Вы должны понять, – прервала миссис Дью короткое молчание, – что мы настолько же встревожены, насколько и рады.
– Встревожены? – Эллиот взглянул с удивлением.
– Да, беспокоимся о Стивене, – пояснила она.
– Но где же основания для беспокойства? Ваш брат только что получил наследство, дарующее несказанное богатство, положение в обществе, знатность и престиж.
– Именно это нас и волнует, – холодно ответила Ванесса. – Как