Сначала свадьба

скорее неуклюжая борьба с лодкой и водой.
– Ничего не скажешь, зрелище впечатляющее, – прокомментировал муж, когда оба наконец вновь твердо стояли на земле. – Может быть, в следующий раз уступишь все-таки весла мужчине?
Ванесса рассмеялась.
– Зато было так весело, признайся! – возразила она. – Или ты опасался за свою жизнь?
– Умею плавать, – лаконично сообщил виконт. – А ты?
– Почти так же хорошо, как и грести, – призналась Ванесса и снова засмеялась. – Всегда страшно боялась опустить лицо в воду.
Они подошли к краю деревянного настила пристани и долго смотрели в прозрачную глубину, наблюдая за рыбами. Эллиот рассказал, что в детстве любил нырять и постоянно пытался схватить рыбу руками.
– И что же, получалось? – недоверчиво спросила Ванесса.
– Ни разу, – признался Эллиот. – Но зато понял, что означает тратить силы попусту.
– И что же, тебя это остановило?
– Ничуть.
Ванесса вспомнила, как умело Эллиот заставил камешек скакать по поверхности воды, когда они стояли на берегу другого озера, в Уоррен-Холле, и она предлагала ему себя. Попросила повторить фокус, а потом попробовала сама, правда, безуспешно. Эллиот попытался научить, но ей никак не поддавался тот хитрый поворот запястья, в котором, судя по всему, и заключался секрет. В итоге камень полетел почти вертикально вверх, и обоим пришлось пригнуться, чтобы избежать удара по голове.
Ванесса долго смеялась, а потом с восхищением наблюдала, как супруг гордо демонстрирует мастерство.
– Двенадцать раз! – воскликнула она. – Это же рекорд!
– Только представь, насколько твоя задача проще моей, – ответил Эллиот. – Мне теперь придется добиваться тринадцати подскоков, а тебе достаточно и одного.
– Думаю, единственное, чему я научилась, так это не тратить силы попусту, – призналась Ванесса.
Последняя попытка, и – о чудо! – камешек прыгнул целых три раза!
Ванесса восторженно закричала и победно взглянула на мужа.
– Да, – сдержанно заметил Эллиот, подняв брови. – Может быть, мне все-таки стоит нырнуть и поймать руками рыбу?
Ванесса дала себе слово, что непременно заставит его улыбнуться. А потом и рассмешит. Но серьезный вид супруга ее не тревожил. Сомневаться не приходилось: он наслаждался жизнью ничуть не меньше, чем она сама.
На третий день молодожены обошли вокруг озера и на дальнем его берегу начали подниматься по склону, сплошь покрытому цветущими нарциссами. С противоположного берега этой красоты не было видно: ее закрывала лента склоненных над водой ив. Сияющие на солнце желтые головки весело кивали, раскачиваясь в легких дуновениях свежего ветра.
– Ой, посмотри, Эллиот! – закричала Ванесса, как будто он мог не заметить. – Только взгляни!
Раскинув руки и подставив лицо солнцу, она закружилась среди цветов.
– Доводилось ли тебе видеть что-нибудь красивее? – спросила Ванесса, остановившись, но так и не опустив руки.
Виконт стоял на берегу и внимательно на нее смотрел.
– Возможно, – ответил он. – Вот только не припомню, что и когда именно. Подозреваю, что ты все-таки знала о существовании этого места и специально оделась в тон. Очень хитро и предусмотрительно.
Ванесса оценила шутку. На ней было платье лимонного цвета и накидка в тон, а на голове – любимая соломенная шляпа с цветами.
– Предполагала произвести на тебя впечатление, – наконец ответила она, просияв улыбкой.
– Произвела.
Ванесса так и стояла, потупив взор, а Эллиот направился к ней. Подошел вплотную, наклонился и поцеловал в губы. Она крепко обняла его за шею и тоже поцеловала.
Ей нравился этот тяжелый взгляд из-под полуопущенных век. Он заставлял чувствовать себя желанной. Ванессе до сих пор не верилось, что Эллиот способен ее желать. Но, судя по всему, так оно и было. Вряд ли он постоянно думал только о тех наследниках, ради которых на ней женился. Она посмотрела в синие глаза и снова улыбнулась.
Это был самый счастливый миг трех счастливых дней. Ванесса чувствовала себя влюбленной и знала, что он тоже влюблен.
– Даже если бы домашние и садовники не получили строгий приказ не появляться в этих краях, этот уголок все равно остался бы уединенным, – заметил Эллиот. – Я и сам ни разу не был здесь в это время года.
Уединенный уголок.
Сомневаться в его намерениях не приходилось. Ванесса ощутила уже знакомое жжение между ног.
– Никто сюда не придет? – уточнила она и облизнула внезапно пересохшие губы.
– Никто.
Эллиот быстро скинул пальто, расстелил на траве и жестом пригласил разделить с ним ложе.
Они любили друг друга прямо на земле, в окружении золотисто-зеленой весны, под