Сначала свадьба

сборищ, яркого солнца и синей воды. Да, а еще помню, как заблудился в Парфеноне, потому что не послушался и ушел от мамы.
– Никогда не думал съездить еще раз? – поинтересовалась она, опираясь на руку мужа и поднимаясь в экипаж.
– Конечно, думал, – ответил Эллиот. – Но пока такая возможность была, откладывая путешествие на будущее, а после смерти отца набралось слишком много дел. А кроме того, в Греции очень неустойчивая политическая ситуация.
– Все равно необходимо съездить, – настаивала Ванесса. – Ведь твои родственники и сейчас там живут?
– Столько, что и сосчитать невозможно, – ответил виконт.
– Поедем вместе, – предложила Ванесса. – Устроим себе еще один медовый месяц.
– Медовый месяц? – удивился Эллиот. – Снова?
– Как те три дня в доме на берегу озера. Они ведь получились приятными, правда?
Три дня – это медовый месяц?
– Нельзя бросать поместья, – возразил виконт. – И непозволительно забывать о семнадцатилетнем мальчике, которому предстоит многому научиться в новой жизни и в новом статусе.
– А еще начинается светский сезон, – подсказала Ванесса, едва экипаж тронулся по Грейт-Рассел-стрит, – и необходимо вывозить в свет Мег и Кейт.
– Да, – согласился виконт.
– А еще тебе пора заводить своих детей.
– Да.
Эллиот искоса взглянул на жену. Она смотрела вперед и улыбалась.
– Оправдания недостаточно веские.
– Оправдания? – удивленно переспросил Эллиот.
– Время идет вперед, и родные, к сожалению, не молодеют. Твой дед еще жив?
– Да.
– Жизнь не ждет. Кажется, еще вчера я была девочкой, И вот уже скоро исполнится двадцать пять. А тебе почти тридцать.
– Можно сказать, стою на пороге старческого маразма, – заметил Эллиот.
– Сами не заметим, как доживем и до такого, – серьезно кивнула Ванесса. – Конечно, если повезет встретить старость. Так что надо жить и радоваться каждому мгновению.
– А обязанности и чувство долга? К черту?
– Ни в коем случае. Но порою легче спрятаться за уже ставшими привычными обязанностями, чем открыться навстречу жизни.
– Прости, но разве ты не провела всю жизнь в Трокбридже и его окрестностях? – нахмурился Эллиот. – И вправе ли советовать мне бросить все и прыгнуть на первый же отходящий в Грецию пароход?
– Сейчас я уже не в Трокбридже, – спокойно возразила Ванесса. – Осмелилась переехать в Уоррен-Холл вместе с братом и сестрами, хотя прекрасно понимала, что ныряю в неизвестность. А потом осмелилась выйти замуж за тебя и нырнула еще глубже. Завтра меня представят королеве, а потом состоится первый бал Сесил, на котором необходимо ввести в свет Маргарет и Кейт. За этими последует еще тысяча подобных событий. Страшно ли мне? Еще как! Готова ли я делать то, чего от меня ждут? Абсолютно готова!
Эллиот упрямо поджал губы.
– Судя по всему, на первое время о поездке в Грецию можно забыть.
– Согласна. – Ванесса ослепительно улыбнулась мужу. – Потому что обязательства стоят стеной. Мне предстоит привыкнуть к мысли о том, что новая блестящая жизнь вовсе не означает полной и бесконечной свободы. И все же нельзя позволять обстоятельствам подчинить себя. И в самой ответственной, самой занятой жизни должны случаться радости.
Эллиот удивленно смотрел на жену. Откуда в ней столько жизнелюбия? Даже в первом браке со смертельно больным человеком она не разучилась радоваться окружающему миру. Право, где проходит граница, отделяющая радость от счастья?
– В ближайшем будущем, – заключила Ванесса, – мы выберем подходящее время, когда тебя не будут удерживать неотложные дела, а Стивен наконец сможет обойтись без постоянной опеки. Тогда и поедем в Грецию, чтобы навестить родственников и провести в чудесной стране еще один медовый месяц. А если к тому времени уже родятся дети, они просто поедут вместе с нами, и все.
Ванесса густо покраснела, очевидно, поняв непосредственный смысл собственных слов. Эллиот удивился: стоило ли краснеть после двух недель регулярных интимных встреч?
– Странно, экипаж останавливается, – удивилась Baнесса, глядя в окно. – Мы же еще не приехали домой!
– Зато приехали в кондитерскую Гантера, – пояснил Эллиот. – Сейчас угощу тебя мороженым.
– Мороженым? – изумилась она.
– Думаю, после целого часа, проведенного в окружении мраморных обломков, ты не откажешься подкрепиться, – предположил он. – Хотя, осмелюсь заметить, в музее тебе понравилось. Так ведь?
– Мороженое! – повторила Ванесса, так и не ответив на вопрос. – Не пробовала ни разу в жизни. Говорят, оно божественно!
– Нектар богов? – осведомился супруг, подавая руку. – Вполне возможно. Тебе судить.
Следующие