Снайпер. Дара

ночь, насторожённая и недобрая, пахла гарью и не звала побегать. Всё вокруг смолкло и не выражало никаких чувств. Откуда-то слева с запада донеслось короткое покашливание станкового гранатомёта, и всё стихло.
— Да не звени ты так, копай тише, — донёсся сдавленный шёпот Славки, — не видишь, закемарил детёныш.
«Про кого это они?», — подумала Дара и смежила веки.

Те, кто во время сна неспособен реагировать на происходящие вокруг события, на Прерии выживают только в городах или, если ночуют в крепких жилищах. Что-то нехорошее, приближающееся со стороны океана, Дара почуяла тем самым чувством, что пробудилось в ней недавно. Прильнула к прицелу, и направила винтовку в сторону невидимой угрозы — странная картинка предстала её взору в инфракрасных лучах — огибая вершины деревьев летела люстра о шести бледных плафонах.
Беспилотник. Дрон. Прицелилась, взяла поправки и свалила его.
— Нас засекли, в укрытие! — и, уже скатившись вниз по склону оврага: — Сейчас накроют!
Сверху земля вскипела от ударов и на головы посыпались комья, но было не до этих мелочей — едва успели завернуть за поворот прорытого ручьем оврага, как в спину ударила взрывная волна, а противоположный край обрыва вскипел от попадания осколков. Дальнейшее бегство превратилось в кошмарное состязание с бездушной автоматикой, вытягивающее все жилы — едва они пробегали следующий поворот, как за спиной ложилась очередная мина. И ведь специально в них никто не стрелял, программа наведения просто отрабатывала возможные укрытия беспокоящим огнем.
Легкие горели, ноги наливались свинцовой тяжестью и стало ясно, что эту гонку им не выиграть, когда Дару резко дернули в сторону и, как пробку в бутылку, воткнули в узкую нору,
— «Хорошо что у меня как у кошки — самая широкая часть тела, это голова», — успелось подуматься, пока её, ухватив за кисти рук, тащили вниз под уклон на животе, одновременно весьма фривольно пихая в довольно интимное место.
Впрочем, завершить эту спасательную операцию до конца не успели, сзади послышался знакомый хлопок и по ягодицам и бедрам хлестнуло множеством тупых толчков. Отстранено подумалось: «если раз по какому месту достанется, жди что снова по больному прилетит». Но боли не почувствовала, видимо это была просто земля, да и не до того сейчас — подхватив подмышки её без всякой нежности вздернули на ноги, облапили, и толчком направили дальше похожим на кишку лазом. Сзади кто-то видно сунулся во входное отверстие, раздалась энергичная тирада в которой единственным цензурным словом было «завалило» и её, непочтительно толкнув снова в раненое место головой, матерно попросили ускорить свои поползновения.
Дальнейшие события этой ночи слились в бесконечную череду стоп кадров, в которых она, подталкиваемая с разных сторон, металась из одного укрытия в другое, шарахаясь от вспыхивающих в темноте то там то здесь разрывов. На самом деле это был не массированный налёт — продолжался всё тот же «беспокоящий» огонь, но сознание этого уже не воспринимало. Следующее «включение» произошло во время короткой передышки — ей сунули в руки флягу с невообразимо вкусной водой.
— Совсем не такая война, как пишут в книжках, — посетовал совершенно незнакомый ей хриплый голос и добавил, — оставь и мне чуток.
Славка, сидящий, рядом на дне расщелины, где они остановились передохнуть, только облизал сухие губы — ноктивизор особо подчеркнул какие они горячие.
— Пушки современных самоходок попадают на дистанциях до двадцати километров. Основная задача остальных подразделений армии — дать целеуказание. То есть — обнаружить противника и навести на него удар артиллерии. Хорошо ещё, что боевых коптеров в небе не видно. Вот от кого не было бы нам житья, — Даре по-прежнему больно сидеть, и она прилегла.
— И что, мы никак не можем укусить противника? — озадаченно протянул старшой.
— Пока самый эффективный приём — как можно быстрее понять, что нас обнаружили, и уйти из-под артналёта. Но это — дело случая. Два раза уже повезло. Однако, нанесённый врагу урон — просто потраченный им впустую боезапас. Даже остановиться, чтобы просто передохнуть, мы можем только днём, потому что ночью нас выдаёт тепловое излучение тел. Его обнаруживают с орбиты, а потом для уточнения посылают беспилотник — так было в последний раз, — Дара встала. — Надо двигаться, меняя направление. И уходить туда, где гуще лес и причудливей рельеф, иначе снарядами забросают.
Всё-таки остальные люди не настолько, как она знают современные военные реалии. Поэтому никто и не подумал возражать. Но сил встать и пойти ни у кого не нашлось.
Или наоборот? Даре показалось, что от