Снайпер. Дара

тарищь майор!
— Ведите группу на другой рубеж! А с вами, барышня, мы, пожалуй, проедемся. — Начальство, не оглядываясь, направилось к машине.
На месте майор поцокал языком, ощупывая чуткими как у скрипача пальцами разбитые пластиковые ролики полиспастов и хмыкнул, засунув кулак в дырку, образовавшуюся на месте «яблочка». Поинтересовался, сколько осталось патронов в магазине. И получив ответ — «четыре» — хмыкнул еще раз, впав в некоторую задумчивость.
Вердикт для уже совсем не находящей себе места «циркачки» прозвучал неожиданно:
— За намеренную порчу имущества объявляю вам наряд вне очереди. Ваш куратор определит вам фронт работ. Завтра ведь вроде воскресенье? — и глянув на поникшую девушку, добавил: — За успешное выполнение… хм, даже перевыполнение учебной задачи, вы поощряетесь внеплановой увольнительной. Завтра ведь вроде воскресенье?
Каким образом сочетаются между собой распоряжения, майор не уточнил, но перед тем как высадить Дару у их казармы сказал другое:
— Многие считают, что снайпер — это умеющий метко стрелять. Без претензии на абсолют: но снайпер — это умение метко думать. Мозги есть, используй их, иначе вышибут.

Спустя полчаса Дара познакомилась с «фронтом работ» и поняла, как сочетаются между собой наказание и поощрение — издевательски. Для того чтобы привести в порядок два туалета, душевую и раздевалку в ее распоряжении была вся ночь до воскресенья. «Не уложишься — не беда, — сказал куратор, — пойдешь в увольнение, как все закончишь. Не хватит воскресенья — вся ночь на понедельник в полном твоем распоряжении. Только учти, если не успеешь к подъему, то работу придется начинать заново — жестоко было бы заставлять товарищей… то есть ээээ… подруг — столько времени обходиться без элементарных удобств. Так что жду Вас с докладом об успешном выполнении задачи за полчаса до подъема!».
Вообще-то курсантов, тем более из их группы, хозработами не нагружали, а проштрафившиеся получали дополнительные тренировки в «личное» время. Но тут, как понимаете, случай был особый — «минуй нас пуще всякой скорби, и царский гнев, и царская любовь…», — быть слишком заметным не рекомендуется не только на поле боя.
Впрочем, «бином ньютона» имел свое решение. Едва Дара, уныло шаркающая зубной щеткой по кафелю, приступила к выполнению задачи, а начальство, дав «отбой», покинуло расположение, как в коридоре раздалось: «Сашка — на фишку», — и в душевую ввалилась вся их рота в полном составе.
Общими дружными усилиями помещения были доведены до зеркального блеска, а Дара даже получила возможность нормально поспать, чтобы, встав за час до подъема, навести окончательный марафет. Ну и сделать вид, что пахала тут всю ночь подряд, не разгибаясь.
Такое проявление товарищества, разумеется, не было в полной мере бескорыстным, но все равно оказалось неожиданным и приятным. Так что спустя два часа она стояла с другой стороны забора, наряженная в чужое платье, хотя никогда раньше их не носила, и чужие туфельки, сжимая в руках чужой рюкзак — ее собственный общим решением был признан недостаточно объемистым.

И как же она за эти две недели соскучилась по свободе! Поняла это Дара, только когда автобус подъезжал к ближайшему районному центру. Городок совсем небольшой, зато на берегу Финского залива. А это — возможность и поваляться на теплом прибрежном песке, и покупаться, пусть в июне вода еще не слишком хорошо прогрелась. Впрочем, купалась она не одна. Какой-то дядька метрах в ста правее, размявшись немудреными упражнениями, рванул в воду как на приступ. Это он зря конечно — к тому времени, как мелкая вода осталась позади, растерял весь свой пыл. Может, не знал, что в этом месте мелко чуть ли не километр? Дара на такие подвиги, не подписывалась, ее вполне устроило барахтанье на мелководье, но дядьку зауважала — вода на глубине, как она убедилась, когда все-таки заплыла дальше, была поистине ледяной.
Лишь в полной мере насладившись бездумным отдыхом, девушка, вздохнув, отправилась за покупками. Обойдя несколько магазинов и аптеку, а после, позволив себе пообедать в кафешке на сэкономленные средства, посетила общественный туалет. Выйдя из него, Дара отправилась на остановку автобуса изменившейся походкой, вполне довольная собой и увольнительной в целом.
В автобусе не было свободных мест, но сразу трое вскочили, пожелав уступить ей место. Дара поблагодарила их с улыбкой, заняв одиночное место мальчишки со скейтом. Вытянула с блаженством гудевшие с непривычки ноги в туфлях на «небольшом» каблучке. Жаль, что от остановки в них до базы придется топать еще полкилометра.