Детектив Джейн Риццоли и судмедэксперт Маура Айлз снова вместе, и им придется углубиться в дикую природу, чтобы найти убийцу! Когда детектив Джейн Риццоли из убойного отдела Бостона и судмедэксперт Маура Айлз прибывают на место преступления, они обнаруживают, что убийство словно совершил свирепый зверь, поскольку на трупе оставлены следы когтей.
Авторы: Тесс Герритсен
не смогу отступить назад за свою прочную стену отрицания. В соседней комнате Кристофер и Вайолет смеются над мультяшной катавасией, пока я сижу здесь со стучащим сердцем и ледяными руками.
Я щелкаю мышкой. С таким же успехом я могла поджечь фитиль на динамитной шашке, потому что появившееся на экране встряхивает меня, точно взрыв. Это фотография зажигалки из стерлингового серебра, которую полиция нашла в сумке с крадеными вещами в штате Мэн. Я вижу имя Р. РЕНВИК, выгравированное шрифтом «Engraver’s Bold», который так любил Ричард. Но мой взгляд приковывает царапина. Несмотря на то, что она слабая, она явственно видна, словно отметина от когтя, оцарапавшего гладкую поверхность и перечеркнувшего верхнюю часть буквы Р. Я думаю о дне, когда это произошло, о дне, в который она выпала из кармана Ричарда в Лондоне и ударилась о тротуар. Я думаю о том, как часто видела его пользующимся этой зажигалкой, и как он был рад, когда я подарила ее на его День Рождения. Столь тщеславный и претенциозный подарок, на котором он поставил свое имя, но это был Ричард, всегда стремившийся пометить свою территорию, даже если эта территория была блестящим кусочком стерлингового серебра. Я вспоминаю, как он пользовался ею, прикуривая свой «Голуаз»
у костра, и тот щеголеватый щелчок, с которым она захлопывалась.
У меня нет сомнений в том, что это действительно его зажигалка. Каким-то образом она проделала путь в кармане убийцы из дельты Окаванго через океан в Америку. Теперь они просят меня пройти по его следам.
Я читаю сообщение, которое детектив Риццоли отправила вместе с фотографией. «Это та самая зажигалка? Если да, то нам срочно необходимо обсудить этот вопрос. Вы приедете в Бостон?»
За окном кухни ярко светит солнце, и мой сад находится в самом расцвете лета. В Бостоне приближается зима, и я предполагаю, что там холодно и серо, даже более серо, чем в Лондоне. Она понятия не имеет, о чем меня просит. Она сказала, что ознакомилась с фактами по делу, но факты — штука холодная и бесстрастная, они как куски металла, переплавленные в статую, у которой нет души. Она не способна понять, через что я прошла в Дельте.
Я делаю глубокий вдох и набираю свой ответ. «Простите. Я не смогу приехать в Бостон».
За время службы в морской пехоте Габриэль приобрел множество навыков выживания, и один из навыков, которым завидовала Джейн, была способность мужа быстро засыпать при первой же возможности. Через несколько минут после того, как бортпроводники приглушили огни в салоне самолета, он поудобнее устроился в своем кресле, закрыл глаза и отправился прямиком в страну грез. Джейн сидела без сна, считая часы до посадки и думая о Милли Джейкобсон.
Единственная выжившая в том злосчастном сафари не вернулась в Лондон, как предполагала Джейн, и теперь проживала в маленьком городке Южной Африки в долине реки Хекс. После двух кошмарных недель борьбы за выживание в буше, покрытая коркой грязи и не евшая ничего, кроме тростника и травы, лондонский книготорговец вернулась в город, но решила поселиться на том континенте, что чуть не убил ее.
Фотографии Милли Джейкобсон после того, как она вышла из буша, ясно давали понять, какой до крайности изможденной она стала к концу своего испытания. Фото на ее британском паспорте изображало темноволосую молодую женщину с голубыми глазами и лицом в форме сердечка, приятная заурядная внешность, не красавица, но и не дурнушка. Снимок, сделанный в больнице во время ее восстановительного периода, запечатлел женщину настолько изменившуюся, что Джейн едва могла поверить, что это один и тот же человек. Где-то в дикой природе то, что когда-то было Милли Джейкобсон, отпало как змеиная кожа, чтобы высвободить костлявое, дочерна загоревшее существо с перепуганными глазами.
Пока все остальные пассажиры, казалось, спали, Джейн снова просматривала полицейский файл по убийствам на сафари в Ботсване. В то время это дело получило значительную огласку в Великобритании, где Ричард Ренвик был популярным писателем триллеров. Он не был широко известен в Соединенных Штатах, и Джейн никогда не читала его книги, которые «Лондон Таймс»
описывала как «остросюжетные» и «переполненные тестостероном». Статья в «Таймс» практически полностью рассказывала о Ренвике, посвятив лишь два абзаца его девушке Милли Джейкобсон, с которой они жили вместе.
