Анита Блейк. Отчаянная охотница на «народ Тьмы» — вампиров, вервольфов, зомби и черных магов. Охотница на «ночных охотников», нарушивших закон. Охотница на убийц — неумерших или бессмертных… Вампир-маньяк, одну за другой убивающий танцовщиц из местных клубов… В сущности, обычное для Аниты Блейк дело.
Авторы: Гамильтон Лаурелл К.
только мне надо знать, что у тебя нет здесь конфликта интересов.
Я наморщила лоб:
— Ты о чем? Какого конфликта интересов?
— Если это жертва вампиров, то это кто-то из ребят твоего бойфренда.
— Очень мило, что ты говоришь «если», но если ты про Жан-Клода, это могут быть совсем не его вампиры.
— А, да, у тебя сейчас два вампирских бойфренда, — произнёс он мерзким голосом.
— Мы будем копаться в моем бельё или раскапывать преступление?
Видно было, как он старается взять себя в руки. Кулаки сжаты у боков, глаза закрыты, дыхание глубокое. Наверное, его заставили пройти тренинг по подавлению гнева. Я смотрела, как он пользуется обретённым умением. Наконец он открыл глаза — ледяные глаза копа, — и сказал:
— Ты уже защищаешь вампиров.
— Я не сказала, что это не нападение вампиров. Я только сказала, что это могут быть не вампиры Жан-Клода. Только и всего.
— Но ты уже защищаешь своего бойфренда и его ребят. Ты даже ещё не видела жертвы, но уже говоришь, что твой любовничек здесь ни при чем.
Я почувствовала, что у меня самой глаза леденеют.
— Я не говорю, что это не могут быть вампиры Жан-Клода. Я только сказала, что это маловероятно. Трудами Церкви Вечной Жизни в Сент-Луисе полно кровососов, которые не обязаны подчиняться Мастеру Города.
— Эти члены церкви ещё больше пуритане, чем христиане правого крыла, — возразил он.
Я пожала плечами:
— С виду они все святоши, в этом ты прав. Как и почти все истинные верующие, но я не потому говорю, что это они, или какие-то чужаки, а не те вампиры, которых я лучше других знаю.
— А почему? — спросил он.
Единственное моё оправдание, что я сказала чистейшую правду, в том, что меня уже достало и утомило, что Дольф на меня катит бочку.
— Потому что, если это сделали вампиры Жан-Клода, они уже покойники. Либо он их сам передаст в руки закона, либо мне поручит это сделать, либо их просто убьют.
— Ты признаешь, что твой бойфренд — убийца?
Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула.
— Знаешь, Дольф, это мне уже надоело. Да, я трахаюсь с вампирами, и прими это как факт.
— Не умею, — сказал он и отвернулся.
— Так научись, — ответила я. — Но перестань поливать собственным личным дерьмом все место преступления. Мы тут теряем время на споры, а я могла бы уже осматривать тело. Я хочу, чтобы этих типов поймали.
— Типов? Множественное число?
— Я видела только два укуса, но они чуть различаются. Тот, что на груди, поменьше, расстояние между клыками уже. Так что здесь двое как минимум, но я готова поставить месячное жалование, что больше.
— Почему?
— Потому что её полностью обескровили. И вокруг следов крови почти нет. Два вампира не выпьют досуха тело взрослого человека, не заляпав все вокруг. Чтобы столько крови удержать в себе, пастей нужно больше.
— Может, её убили где-то в другом месте.
Я сдвинула брови:
— Сейчас октябрь, она на улице на пятидюймовых пластиковых шпильках, в недорогом шерстяном пальто и больше почти ни в чем. — Я показала на здание у нас за спиной. — Мы на парковке стрип-клуба. Ну-ка подумаем: пятидюймовые шпильки, голая женщина… не признак ли это, что она здесь работает и вышла покурить?
Дольф сунул руку в карман и достал свой неразлучный блокнот.
— Опознана как Шарлин Морриси, двадцати двух лет, работает… работала стриптизершей. Да, она курила, но другой девушке сказала, что выйдет подышать.
— Значит, она вряд ли была знакома с этими вампирами.
— Почему так?
— Она вышла подышать, не с кем-то повидаться.
Он кивнул и сделал заметку в блокноте.
— Следов борьбы не обнаружено. Похоже, что она вышла подышать и просто пошла сюда с ними. С незнакомыми она бы не пошла.
— Если она была под ментальным контролем, пошла бы.
— Значит, один из вампиров — старый.
Дольф продолжал черкать в блокноте.
— Не обязательно старый, но мощный, а это обычно значит старый. — Я задумалась. — Кто-то с хорошими способностями контроля, в этом я уверена, и возраста… — я пожала плечами. — Пока ещё не знаю.
Он все ещё писал в блокноте.
— Так, а теперь могу я отодвинуть ящики и осмотреть тело, или сперва техники должны заняться своей работой?
— Я велел им тебя подождать, — ответил он, не отрываясь от своих записей.
Я посмотрела на него, пытаясь что-то прочесть по его лицу, но видела лишь деловую сосредоточенность. Это крупный шаг вперёд, что он заставил техников ждать моего появления. И что он вообще меня позвал. До своего вынужденного отпуска он пытался не пускать меня на свои случаи. Шаг вперёд, так почему же я все ещё думаю, что Дольф позволяет личным эмоциям влиять на работу?
