Сны суккуба

Джоэль, сверля меня взглядом, — значит, теперь у нас есть суккуб, которым можно приманить Никту.
И указал в сторону двери.
— Ступай. Найди и соблазни какого-нибудь несчастного. Чтобы Никта вернулась.
Меня передернуло.
Ясмин посмотрела на него сердито.
— Ты не видишь, что она расстроена? Прояви чуточку сострадания.
— Предавшиеся злу его не заслуживают, — буркнул он.
Тут Уитни сказала:
— Сострадания заслуживает всякое существо, — и я удивленно вскинула на нее взгляд.
Обычно она помалкивала.
Глаза у нее были черные, бездонные, исполненные силы и чувства. Мне показалось, что я падаю в их глубину, как случалось иногда, когда я заглядывала в глаза Картеру. И я решила, что с меня хватит, пожалуй, общения с ангелами. Пусть прощупывают чьи-нибудь души… не меня.
Воцарилось неловкое молчание.
— Ладно, — сказала я. — Нечего тянуть время. Что от меня требуется?
— Ты будешь приманкой, Джорджина, — ответил Картер.
— Как всегда, — проворчала я. — И почему, спрашивается? За что мне это?
Недавно пришлось служить приманкой для бога-насильника. Что радовало ничуть не больше, чем нынешнее предложение.
Я думала, Картер ответит шуткой, но он был серьезен.
— Потому что ты из тех уникальных личностей, что способны накапливать силу.
Ну вот, то трубопровод, то это… Ни тем ни другим мне быть не хотелось. Как и приманкой. Хотелось по-прежнему спокойно работать в книжном магазине, радоваться встречам с любимым. Правда, не было у меня никогда особой радости, но хоть во сне увидеть…
Во сне.
Зря я выбрала это слово.
— Увы, — деликатно начала Ясмин, — Джоэль, в общем-то, прав. Нужно, чтобы ты… э-э-э… пополнила запас энергии. Иначе Никту не приманишь.
Джоэль скривился. Я вздохнула.
— Понятно. Я не хочу, конечно, чтобы она успела еще кому-нибудь навредить, но… это обязательно нужно сделать сегодня? Нельзя ли завтра? Просто я… сейчас не готова.
После ссоры с Сетом… после всего услышанного. Я была разбита. Мысль о сексе вызывала тошноту, и никакой энергии не хотелось.
Джоэль сжал кулаки.
— Не готова? Нашла время капризничать! На кону жизнь…
— Джоэль.
Картер произнес всего одно слово. Но твердо и властно. Ни разу не слышала, чтобы этот неряшливый, ироничный ангел разговаривал таким тоном. Они с Джоэлем сцепились взглядами. Силу высших бессмертных я определять не умела, но знала, что Картер был невероятно силен. Сильнее даже Джерома.
— Оставь ее в покое. Никта нападет лишь тогда, когда наворует достаточно энергии. Этой ночью нам всяко не о чем волноваться.
Разбирайся я хуже в таких вещах, решила бы, что Джоэль испугался. Судя по виду, ему много чего хотелось сказать, но он отступил.
— Чудесно, — только и процедил сквозь сжатые зубы.
Я с благодарностью посмотрела на Картера. Надежды соблазнить кого-то в таком состоянии у меня было почти столько же, сколько у Тауни. Вспомнив о ней, я задумалась, не рассказать ли о своих подозрениях, что Никта высасывает и ее тоже. Но решила не делать этого. Ситуация с Тауни все-таки казалась темной.
Ясмин встала, положила руку мне на плечо.
— Отдохни. Выглядишь ужасно. А завтра тебе нужно быть готовой.
— Ха. Я выгляжу так, как мне захочется. Если и впрямь ужасно… значит, дело плохо.
Она улыбнулась.
— Я не о физическом виде.
Ясмин исчезла. Через секунду за ней последовали Уитни и Джоэль. Остались лишь Винсент и Картер.
— Все будет хорошо, — заверил меня ангел.
— Не знаю, — сказала я. — Безумное чудовище, порождение хаоса, рыскает то в меня, то обратно. Вы собираетесь его обскакать. Сильно смахивает на то, что закончиться все может не слишком хорошо.
— Маловерка.
Картер тоже исчез.
Мы с Винсентом немного постояли молча. Потом я вздохнула.
— Ангелы… чтоб их.
Он тронул меня за плечо.
— Пошли домой.
И мы выбрались из магазина и молча зашагали по холодной улице. Вид у Винсента был усталый и задумчивый. Наверняка из-за Никты.
Однако, когда мы приблизились к дому, выражение его лица начало меняться. Сделалось сперва озадаченным. Потом удивленным и испуганным. Испуг превратился в ужас и омерзение, и у дверей мы остановились.
— В чем дело? — спросила я.
Он указал наверх.
— Там… какое-то зло.
— Моя квартира, быть может? Я ведь зло, как тебе известно, по определению…
Винсент покачал головой.
— Нет-нет. Оно другое. Ты — зло природное… не обижайся. А там… что-то рукотворное. Черное и неправильное. Неестественное. Кто-нибудь из ваших еще живет в доме?
— Нет. Только я.