Чужая душа потемки? А когда выясняется, что твоя собственная имеет два тела, на которые куча народу хочет наложить свои лапы. Ну что же, мы не трусы, мы просто быстро бегаем. Только не убегаем ли мы от своей судьбы?
Авторы: Гусейнова Ольга Вадимовна
— Ты когда-нибудь чувствовала подобные чувства в отношении других веров?
Я смущенно поерзала в кресле, и, не получив ответа, мужчина, повернувшись ко мне, заметил это.
— Я жду ответа.
Я тяжело вздохнула и ответила:
— Первый раз это была моя нужда, которая заставила меня отправиться в Берлин на выставку. А там я увидела трех вееров, один из которых пытался сесть в мой лифт, а потом его спутник гонялся за мной по этажам и обнюхивал мою дверь. Слава богу, я сбежала. Правда, потом тот же вер, которого Ник назвал Жаком, пытался поймать меня у меня в офисе, причем, наверное, прибил моего шефа. Короче, я опять сбежала. И этот Жак меня жутко пугает, и выяснять, кто там из них моя половина, как-то не сильно хочется. Ну а второй раз это была нужда Николаса. Поэтому я смогла не поддаться искушению и осталась с ним только друзьями. Опять же, слава богу. Потому что я не представляю, как потом бы смогла с ним общаться уже не испытывая к нему таких чувств. Но нужда Николаса пока еще слабая. Возможно, его пара еще совсем маленькая либо еще не совсем созрела для создания семьи, но она уже в нем нуждается. Вот пока и все.
Он сел передо мной на колени и, взяв мои руки в свои, спросил с дикой неприкрытой жаждой исполнения его заветной мечты и надеждой в глазах, хриплым голосом полным муки:
— Скажи мне, что ты не врешь и это действительно правда. Скажи, что у меня есть надежда ее найти и вернуть. Ну, скажи же мне!!! И где мне ее искать, даже если это не правда.
Освободив свою руку, погладила его по голове и провела ладонью по мужской щеке, вытирая одинокую слезу:
— Все, что я сказала, правда. Так я чувствую, и ты должен верить мне. Только где искать, я не знаю. Когда придет подсказка, скажу. Я просто чувствую ее нужду, а вот ее адрес мне подсказать забыли. Но ведь она вер, а значит, и места ее обитания ограничены и количество всех веров не такое большое, как у людей.
Он резко вскочил и подошел к карте, висевшей на стене рядом со столом.
— И куда, как ты думаешь, мне ехать? Европа, Африка, а может, Северная Америка?
Меня от этого слова даже током немного прошибло. Я резко дернулась, пытаясь, восстановить сердцебиение и прохрипела в ответ на его тревожное ожидание:
— Нам придется поехать в Америку, папуля. Она немаленькая, и поиски могут затянуться, так что, Коннор, я думаю, заменит тебя на твоем высоком посту, пока мы Америку шерстить будем.
Он, подскочив ко мне, схватил в охапку и закружил по комнате.
— Спасибо, спасибо, господи, что привел ее ко мне и даровал надежду.
Потом остановился и усмехаясь проворчал.
— Входите уже, а то вы там, наверное, дыру в полу протерли подслушивая.
Вслед за его словами в комнату вошли встревоженные Николас, Коннор и Изабель. Рэнулф усмехнулся:
— Так, похоже, отсутствие моих внуков говорит о том, что они опять гулеванить отправились, и твоя сегодняшняя наука их не вразумила, Коннор. Послезавтра на совете я признаю Милану и передам тебе право главы клана Коннор. Пришло твое время, сынок. Тебе, Изабель, я буду благодарен за Милану, пока не стану пеплом.
Ник вышел вперед и твердо сказал:
— Я еду с вами, тебе потребуется помощь.
Рэнулф резко ответил:
— Нет!
Я же почувствовала прилив его нужды и крикнула.
— Да!
Они оба недоуменно посмотрели на меня, а я пояснила, обращаясь к Рэнулфу:
— Он должен ехать, я чувствую, что его нужда и твоя связаны, не знаю как, но это так, и он поедет с нами, — подойдя к Нику, печально посмотрела на него, боясь сейчас потерять друга, сказала.
— Прости меня, Ник, что сразу не сказала, но просто она еще нечеткая, и я все Изабель сказала. Я думала, она тебе сама расскажет.
Он сгреб меня в охапку и, зарывшись мне в волосы, пробормотал:
— Мне жаль, что это не ты. Но я счастлив, что мне не приходится ждать, как, например, Главе Морруа. Вот Тьери побил все рекорды неудачников, прожив тысячу двести лет так и не встретив свою половину. Хотя у него такой характер, что даже его люди боятся его до дрожи в коленках. Ну что ж, у нас есть пару дней, чтобы собраться в дорогу. Так что давайте наконец пойдем, отдохнем и завтра на свежую голову подумаем, что делать дальше.
Все еще ошарашенные Изабель и Коннор молча покинули комнату. Я поцеловала на прощание обоих Макгрантов и вприпрыжку кинулась к себе. За мной шел, хохочущий Николас. Уже засыпая я наконец поняла, насколько сейчас счастлива. Болото печали и страданий после смерти моих родных, в котором я так долго находилась, наконец очистилось.
Спускаясь на завтрак, я услышала разговор. И хотя подслушивать нехорошо, я замерла на ступенях, помня,
