Золотой сокол. Эта древняя безделушка неожиданно вмешалась в жизнь нашего современника, забросив его в Древний Египет, называвшийся тогда Черной Землей. Нет будущего, и нет прошлого, и нет друзей… Есть только надежда, надежда на самого себя, на свое мужество и отвагу. И еще есть девушка по имени Тейя, без которой герою вскоре становится не мил белый свет.
Авторы: Посняков Андрей
– По правилам вы должны сначала сыграть с храмом. А потом уж можете с кем хотите.
– С храмом? – удивленно переспросил Ах-маси. – Как это – с храмом?
Голые жрицы сновали туда-сюда, разнося пиво, задевали игроков бедрами, однако здесь все их прелести, похоже, мало кого интересовали – иное было у людей занятие, иной интерес, иная радость жизни. Азарт! Игра! Повезет – не повезет? Если повезет, если будет к тому благосклонна Молчаливая богиня – ты сорвешь куш, выиграешь, и драгоценное ожерелье будет сверкать на плечах твоих, золотые браслеты украсят руки и ноги твои, а бедра – толстая серебряная цепочка. Если же богиня будет недовольна… То будет так, как с Нехтамоном, – ты покинешь сей храм голым, проиграв все.
– Идите сюда. – Нехтамон взял Максима под локоть. – Вон там, за статуей, особые жрецы, с ними и нужно играть. Сейчас я за вас поручусь!
«Лекарь и маг» усмехнулся:
– Вижу, ты пользуешься здесь большим авторитетом, уважаемый Нехтамон!
– О, да! Воистину, так. Еще бы, если только представить, какие суммы я здесь оставляю… У-у-у!
– Осмелюсь спросить: не жаль?
– Не жаль! Не жаль! – Нехтамон замахал руками, словно отгоняя каких-нибудь комаров или ос. – Ничего не жаль ради радости жизни! К тому же мне не всегда так не везет, бывают дни, когда боги благосклонны, и тогда я ухожу отсюда с богатством! Ну, подождите…
Нехтамон подошел к статуе и быстро заговорил со жрецами. Надо сказать, служители храма Максиму определенно не понравились – слишком уж хитрые у них были лица. И повадки – как у законченных шулеров. Ну конечно, кто это еще мог быть-то? Ой, и хитры жрецы храма Мертсегер! Устроили тут тайный игорный клуб, законспирировались – ишь ты, кто не знает, тот и не сыщет. Змей выпускают – всех прочих отпугивать. Не ядовитых, без зубов, но кто ж об этом знает? Так вот откуда у жрецов Мертсегер столь крупные средства! Что и говорить – занятие доходнейшее.
– Ах-маси, только не вздумай с ними играть, – быстро предупредил Макс.
– Но…
– Я сам сяду! А то как бы ты не ушел отсюда, как этот вот наш знакомец. Вот он идет, улыбаясь, – видать, с нами согласны сыграть.
– Прошу во-он за тот столик, – подойдя, сообщил довольный Нехтамон. – Я же, к сожалению, вынужден вас покуда покинуть – хочется отыграться, а времени осталось мало.
– Ничего, ничего. – Максим по-приятельски похлопал его по плечу. – Спасибо, дружище, что привел нас сюда. Дальше уж мы сами!
– Да будет на вашей стороне Молчаливая богиня!
– И на твоей.
А жрец уже улыбался, завидев новых людей. Поклонился, пояснил негромко:
– Вы ставите ваши драгоценности, я – молитву богине.
– А…
– Сейчас жрицы принесут вино и пиво.
Солнце светило ярко, и был уже день, и мягкий северный ветер шевелил зеленые листья деревьев, и на городских улицах – даже здесь, на окраине, – было полно народу. Мальчишки, торговцы, писцы, просто прохожие – кто шагал по делу, кто просто так, некоторые останавливались под пальмой у цирюльника – побрить голову и освежиться. Обсуждали последние новости, рассказывали разные истории, смеялись.
Но громче всех смеялась Тейя, когда оба приятеля наконец вернулись домой, прикрывая наготу сорванными стеблями папируса.
– Шулеры они, эти жрецы, – прикрыв за собой ворота, обиженно посетовал Ах-маси. – Клянусь Амоном, в жизни больше с ними играть не сядем!
Закрыть, что ли, к чертям собачьим, это гнусное казино? Хотя… почему гнусное? Никто никого туда насильно не тянет, бедняков не пускают и не зовут, полный фейс-контроль, все для своих, все пристойно. Люди проигрываются в пух и прах? Так не такие уж и бедные они люди. К примеру, Нехтамон – тот, что бегал голым, – старший писец! Должность
