В маленький техасский городок приезжает красивая молодая женщина Алекс — помощник прокурора, чтобы расследовать причины гибели своей матери. Под подозрение попадают друзья матери — теперь уважаемые граждане. Один из них, шериф Рид, безумно любивший когда-то ее мать, но не простивший измены, становится для нее самым дорогим человеком… Страсть, захватившая их врасплох, круто изменила их судьбы, расставив все по своим местам. Раздираемая любовью и подозрениями, Алекс приоткрывает покров над тайнами прошлого, о которых, как оказалось, не подозревали и сами участники драмы.
Авторы: Сандра Браун
которая начала жужжать, как только Алекс открыла дверь. – Видимо, надо понимать, что внутри никого нет.
– Хотите, чтобы мы встретились в аэропорту, или как?
– Э-э… – Она ни о чем не могла думать кроме того, что сейчас он уедет и оставит ее одну. – Я еще об этом не подумала.
– Тогда около полудня я заеду в окружную прокуратуру и найду вас там, идет?
– Прекрасно. К тому времени я уже освобожусь.
– Ну, тогда пока. – Он повернулся, чтобы идти.
– Рид? – Она инстинктивно протянула к нему руку, но, когда он обернулся, тут же отдернула ее. – Может, выпьете сначала кофе?
– Нет, спасибо.
– Куда вы сейчас поедете?
– Там посмотрим.
– Ну, а все же?
– Так, поболтаюсь по городу.
– Ну тогда…
– Идите лучше в дом.
– Я еще не расплатилась с вами.
– За что?
– За самолет, за ваше время.
– Это бесплатно.
– Но я настаиваю. Он чертыхнулся.
– О деньгах я вообще не собираюсь с вами говорить. Ясно? А теперь спокойной ночи.
Он повернулся и широкими шагами направился прочь, но она снова окликнула его. Рид обернулся и пристально взглянул на нее.
– Я не хочу оставаться сегодня одна, – поспешно призналась Алекс. Несмотря на то что она проплакала весь день, запас слез у нее еще не иссяк. Они покатились по щекам, обильные, как летний ливень. – Пожалуйста, Рид, не уходите. Побудьте со мной.
Он вернулся под навес веранды, но волосы и плечи у него уже промокли. Упершись руками в бока, он резко спросил:
– Зачем?
– Я ведь сказала, зачем.
– Причина, должно быть, все-таки в другом, иначе вы бы так не просили.
– Ладно, – крикнула она, – паршиво мне. Такая причина подходит?
– Нет.
– Мне больно, оттого что моя мать столько вытерпела из-за меня, – сказала она, вытирая слезы.
– Я не врач.
– Мне нужна поддержка.
– Извините, но у меня другие планы.
– Вам что же, совсем безразлично, что я умоляю вас о помощи?
– В общем, да.
Она ненавидела его за то, что ей приходится его упрашивать. Тем не менее, отбросив остатки гордости, она сказала:
– Моя бабушка Грэм до самой смерти не простила мне того, что я сломала Селине жизнь. Она хотела, чтобы Седина вышла замуж за Джуниора, и считала мое несвоевременное появление на свет виной тому, что этого не случилось. И теперь, черт побери, мне нужно знать, что хоть вы не презираете меня. Неужели вы не понимаете, как ужасно я себя чувствую оттого, что из-за меня моя мать вышла за другого, хотя любила вас. Если бы не я, вы бы поженились, имели бы детей и прожили бы всю свою жизнь в любви. Пожалуйста, Рид, побудьте сегодня со мной.
Он подошел к ней вплотную, приперев ее к стене, и тряхнул за плечи.
– Хотите, чтобы я погладил вас по головке и сказал, что все хорошо, что завтра солнце выглянет снова и все образуется.
– Да.
– К вашему сведению, госпожа прокурор, я не гожусь для того, чтобы рассказывать перед сном сказки. Когда я остаюсь на ночь с женщиной, то не для того, чтобы утешать ее, потому что ей больно, и не затем, чтобы подбадривать ее, потому что ей взгрустнулось. – Он придвинулся еще ближе. – И уж, конечно, не за тем, черт возьми, чтобы изображать из себя папочку.
Грегори Харпер, прокурор округа Трэвис штата Техас, определенно был в ярости. За последние пять минут он курил уже третью сигарету. Его гнев был направлен против помощника прокурора, сидевшей с довольно помятым видом по другую сторону стола.
– Ты с кем спала сегодня, с Дракулой? У тебя такой вид, как будто тебя до дна выпили, – бросил ей Грег в своей обычной резкой манере.
– Такие чувствительные удары нельзя наносить подряд.
Не валите все в одну кучу, пожалуйста.
– Чувствительные удары? А-а, ты имеешь в виду то, что я велел передать тебе, что с твоим расследованием покончено, а тебе надо дуть в Остин срочно, сломя голову, во весь опор, что есть мочи, без задержки, одна нога здесь, другая там?
– Да, это сокрушительный удар. – Алекс положила ладони на край стола. – Грег, вы не можете просить меня все бросить сейчас.
– Я и не прошу, я приказываю. – Он встал со своего вращающегося кресла и направился к окну. – Какого хрена ты там натворила, Алекс. Мне вчера звонил губернатор, он был буквально взбешен. Именно взбешен.
– Он всегда так на всех реагирует.
– Сейчас это к делу не относится.
– Сомневаюсь. Ведь все, что вы делаете, Грег, имеет политический прицел. И не притворяйтесь, что это не так. Я не осуждаю вас, но и вы перестаньте изображать из себя святую невинность только потому, что вам дали по рукам.
– Губернатор считает, что его комиссия по конным бегам не может ошибаться. Признать, что комитет ошибся, выдав
