В маленький техасский городок приезжает красивая молодая женщина Алекс — помощник прокурора, чтобы расследовать причины гибели своей матери. Под подозрение попадают друзья матери — теперь уважаемые граждане. Один из них, шериф Рид, безумно любивший когда-то ее мать, но не простивший измены, становится для нее самым дорогим человеком… Страсть, захватившая их врасплох, круто изменила их судьбы, расставив все по своим местам. Раздираемая любовью и подозрениями, Алекс приоткрывает покров над тайнами прошлого, о которых, как оказалось, не подозревали и сами участники драмы.
Авторы: Сандра Браун
сына в кабинет. – Подбрось дров в огонь, хорошо?
Когда пламя уже лизало новые поленья, Джуниор повернулся к отцу.
– Так о чем речь? Надеюсь, не о делах. Я официально беру выходной.
Он зевнул и потянулся, как привыкший к неге кот.
– Об Алекс Гейгер.
Джуниор опустил руки и насупился:
– Когда она приехала, то так и кипела по поводу этих похоронных дел, правда? Но ты ее все-таки привел в себя.
– Я всего лишь рассказал ей, как было дело.
– У тебя это прозвучало очень убедительно, не хуже, чем ловкая ложь.
– Можешь ты хоть раз быть серьезным? – взревел Ангус. На лице Джуниора отразилось недоумение.
– Я, по-моему, вполне серьезен.
– Слушай меня, – сурово начал Ангус, наставив на него палец. – Только круглый дурак будет шутки шутить, глядя, как она упорно докапывается до сути. Пускай она красотка – за дело она взялась очень основательно. Алекс только с виду мягкая. Когда речь идет об этом убийстве, она – кремень.
– Понимаю, – угрюмо сказал Джуниор.
– Спроси Джо Уоллеса, если не веришь.
– Верю, верю. Просто из-за внешности мне трудно воспринимать ее всерьез.
– Ах, ему трудно, видали? А я вот что-то не заметил, чтобы ты попытался ее охмурить.
– Я же тогда пригласил ее к нам выпить рюмочку, и она приехала.
– Что ты предпринял потом?
– А что ты хочешь, чтобы я предпринимал? Увивался возле нее, как последний сопляк? С цветочками-шоколадками?
– Да, черт тебя подери!
– Она на это ни за что не клюнет, – фыркнул Джуниор, – даже если я буду совершенно серьезен.
– Слушай, что я тебе скажу, парень. У тебя сейчас не жизнь, а малина. Каждый год на блюдечке подают новый «Ягуар», носишь часы «ролекс», утыканные бриллиантами, ездишь кататься на горных лыжах, на морскую рыбалку и на скачки, когда только вздумается, да еще играешь по-крупному. Но девочка эта прет напролом, она нас разорит. Да-да, – сказал он, угадав, о чем думает помрачневший сын, – очень может быть, что тебе придется первый раз в жизни подыскивать себе работу.
Ангус сдержал гнев к продолжал более дружелюбно:
– У нее нет ни малейших шансов раздобыть улики. Думаю, она это понимает. Вот и мечет стрелы наугад, надеясь попасть кому-то из нас в задницу. Остается верить, что рано или поздно рука у нее устанет.
Джуниор закусил губу и хмуро сказал:
– Довести дело до суда ей, наверное, нужно не меньше, чем нам – построить ипподром. Для нее это был бы большой успех. Карьера ей тогда обеспечена.
– Дьявольщина, – пробурчал Ангус. – Ты же знаешь, как я к таким бабам отношусь. Терпеть не могу эти дерьмовые игры вокруг карьеры. Женщинам не место в суде.
– Куда же ты их всех денешь? В спальни?
– А что в том плохого? Джуниор издал короткий смешок.
– Я-то с тобой спорить не стану, но, думаю, с тобой охотно поспорили бы миллионы работающих женщин.
– Возможно, Алекс и не задержится в прокуратуре. Не удивлюсь, если выяснится, что ее карьера зависит от исхода этого расследования.
– Что ты хочешь сказать?
– Я Грега Харпера отлично знаю. Честолюбец, спит и видит себя в кресле генерального прокурора штата. Обожает, чтобы его подчиненные добивались обвинительных приговоров. По моим догадкам, он позволил Алекс вести расследование потому, что чует кровь, нашу кровь. И если в этом деле об убийстве нам прищемят хвост, его имя попадет во все газеты и торжеству его не будет конца: они с губернатором ведь друг друга не жалуют. Губернатора же ткнут мордой об стол, так же как и комиссию по азартным играм. Зато если Алекс не удастся докопаться до наших секретов, тогда землю есть придется Харперу. Чем такое терпеть, он лучше выкинет Алекс с работы. А мы тут как тут, с распростертыми объятиями – подхватим, когда будет падать, – говорил он, размахивая для убедительности кулаком.
– У тебя, я смотрю, все уже спланировано, – сухо заметил Джуниор.
Ангус сердито хмыкнул.
– Да, черт возьми, верно. Хоть одному из нас надо думать не только о том, что спрятано у нее под свитером.
– Мне казалось, эту сторону дела ты поручил мне.
– Тут шевелиться надо, а не глазеть издалека да слюни распускать. Сейчас самое лучшее для Алекс – завести любовника.
– Почем ты знаешь, может, у нее уже есть?
– В отличие от тебя я ничего не пускаю на самотек. Специально выяснял. Разузнал про нее все.
– Ну, ты хитрюга! Тебя на мякине не проведешь, – с невольным восхищением прошептал Джуниор.
– Гм. Надо знать, сынок, какие карты на руках у противника, иначе и с козырями проиграешь.
Под веселый треск дров в камине Джуниор обдумывал то, что сказал Ангус. Потом, прищурившись, посмотрел на отца.
– И куда же, по твоему плану, приведет эта связь? К браку? Ангус хлопнул
