В маленький техасский городок приезжает красивая молодая женщина Алекс — помощник прокурора, чтобы расследовать причины гибели своей матери. Под подозрение попадают друзья матери — теперь уважаемые граждане. Один из них, шериф Рид, безумно любивший когда-то ее мать, но не простивший измены, становится для нее самым дорогим человеком… Страсть, захватившая их врасплох, круто изменила их судьбы, расставив все по своим местам. Раздираемая любовью и подозрениями, Алекс приоткрывает покров над тайнами прошлого, о которых, как оказалось, не подозревали и сами участники драмы.
Авторы: Сандра Браун
приятных.
Он обнял ее за талию. Стейси машинально подняла руку, чтобы погладить его по щеке, и прижала его голову к своей груди.
– Я солгала ей, – тихо призналась она, – не сказала всей правды.
Джуниор пробормотал что-то, не проявив никакого интереса.
– Я не сказала ей, что была в конюшне в тот день, когда убили Седину.
– Почему?
– Я не хотела, чтобы она набросилась на меня с вопросами. Я ее не выношу, Джуниор, у тебя ведь снова неприятности из-за нее.
– Алекс тут ни при чем. Она не виновата.
Знакомая песня. Стейси от нее прямо передернуло. То же самое Джуниор говорил и о Селине. Как бы подло она с ним ни поступала, он ни разу не сказал о ней ни единого резкого слова.
– Ненавижу эту девчонку Седины так же, как и ее мать! – прошептала Стейси.
Алкоголь и крепкая мексиканская травка уже притупили мысли Джуниора.
– Забудь сейчас об этом. Так хорошо, да? – бормотал он, скользя рукой, а вслед за ней и губами к ее груди. Его влажный язык коснулся ее соска.
– Тебе раньше нравилось, когда я делал так.
– И сейчас нравится.
– Правда? А так? Вот так тебе еще нравится? – спросил он, втянув в рот ее сосок и погружая руку в пушистую влажную теплоту между ногами.
Она со стоном произнесла его имя.
– Если ты не хочешь, я настаивать не буду. – Он слегка отстранился.
– Нет-нет, – быстро сказала она, снова притягивая к себе его голову и зажимая ногами его руку. – Я хочу. Пожалуйста.
– Стейси, Стейси, как нужна мне сегодня твоя нежная, заботливая любовь. Ты всегда помогала мне, когда мне бывало несладко. – Он поднял голову от ее груди и поцеловал в губы долгим, медленным, глубоким поцелуем. – А помнишь, что мне нравилось больше всего? – спросил он, не отнимая губ.
– Помню. – Она серьезно посмотрела на него снизу вверх. Он улыбнулся ей блаженной ангельской улыбкой. Когда он смотрел на нее вот так, она ни в чем не могла отказать ему – ни тогда, когда они были еще подростками, ни когда были женаты, ни сейчас, никогда.
И Стейси Уоллес Минтон, добропорядочная и высоконравственная дочь судьи, проворно опустилась перед ним на колени, поспешно расстегнула ширинку и взяла вожделенный предмет своим голодным ртом.
– Мисс Гейтер, мэм! Мисс Гейгер? Вы здесь? Алекс дремала. Ее разбудил стук в уже отремонтированную дверь, она проснулась и обнаружила, что лежит поверх покрывала. Тело онемело и замерзло. Глаза распухли от слез.
– Что вам нужно? – хрипло спросила она. – Уходите.
– У вас снята телефонная трубка, мэм?
– Черт! – Она спустила ноги с кровати. Одежда ее помялась и сбилась в комок. Она одернула ее, подошла к окну и отодвинула занавеску. У двери стоял ночной дежурный мотеля.
– Я сняла трубку, чтобы меня не беспокоили, – объяснила она через окно.
Он смотрел на нее, радостно улыбаясь, очевидно, тому, что она жива.
– Тогда извините, что побеспокоил вас, мэм. Все потому, что этот парень никак не мог до вас дозвониться. Все доказывал, мол, не может быть, чтобы вы так долго говорили по телефону.
– Какой парень?
– То ли Харпер, то ли Харрис, – бормотал он, заглядывая в зажатую в руке бумажку. Он поднес ее поближе к лампе над дверью. – Никак не могу разобрать, что я тут нацарапал. С письмом у меня плоховато.
– Харпер? Грег Харпер?
– Похоже, он, мэм.
Алекс опустила занавеску, сняла цепочку и открыла дверь.
– Он сказал, что ему нужно?
– А как же. Просил передать, что вы должны быть в Остине завтра в десять часов утра на совещании. Алекс в недоумении уставилась на дежурного.
– Наверно, вы не правильно записали. Завтра в десять утра?
– Так и сказал. Какое не правильно, вот, гляньте-ка, здесь все записано. – Он показал ей клочок бумаги с карандашными каракулями. – Он названивал вам весь день, а потом его соединили с дежурным, потому что он не мог дозвониться до вас. В конце концов он сказал, что должен куда-то идти вечером, а мне велел сходить к вам и передать все лично, ну я так и сделал. Так что спокойной ночи!
– Подождите!
– Знаете, мне ведь положено сидеть на коммутаторе.
– А он не сказал, что за совещание и почему так срочно?
– Не-е, только, что вам надо быть там.
Он выжидательно медлил. Когда же она, бормоча слова благодарности, сунула ему в руку доллар, резво помчался в сторону вестибюля.
Алекс задумчиво закрыла дверь и вновь перечитала записку. Бессмыслица какая-то. Такая загадочность совсем не в духе Грега. И не в его духе назначать совещания, на которые практически невозможно успеть.
Когда она несколько оправилась от изумления, перед ней встала вся чудовищная трудность этой задачи. Ей надо быть в Остине завтра в десять утра. Сейчас уже темно. Если выехать немедленно,
